– Кто? Ивановна?
– удивился Серый.

– Ну да, она..., а взгляд у нее как у ведьмы!

– Ааа, не обращай внимания на нее. Она всегда такая, ты главное с ней никогда не имей дело. Ты ее не трогаешь, она тебя не трогает....

– Смотри Серый, айзеры пиво пьют!
– прервал Серого Курнос, увидев двух допивающих пиво кавказцев, стоящих за прилавком с апельсинами и другими фруктами.
– Пойдем, выпросим что-ли?

– Погнали!
– согласился Серега, засыпая семечки в карман.

И когда уже до кавказцев оставалось метров тридцать, наперерез, из-за угла выскочила женщина, с большой сумкой в полоску.

– Вот бляха муха!
– выругался Серый, ускоряя шаг.

Женщина была не свежая, и по одутловатому, опухшему лицу пропойцы, можно было догадаться, что в этом состоянии она находилось очень продолжительное время. Грязная куртка и порванные зимние колготки, подчеркивали ее финансовое положение. Но, не смотря на все это, реакция у нее была отменная, а зрение острое. Увидев двоих конкурентов, она ускорила шаг.

– Вот стерва!
– пробормотал Курнос, понимая, что им не опередить.

– Да и ладно! Черт с ней!
– остановился Серый.
– Не успели!

Женщина, довольная своей мелкой удачей, остановилась у прилавка.

– Мужчины! Оставьте даме бутылочки!
– хриплым, прокуренным голосом и не без кокетства, стала выпрашивать мадам.

Те, с брезгливостью протянули пустые бутылки, не прерывая свой разговор на родном, непонятном языке.

– Спасибо мальчики!
– поблагодарила женщина, с торжеством посмотрев на Серого и Курноса.

– УУУ алкашка!
– выдавил со злобой Курнос, и не выдержав, состроил ей рожу.

– Ах вы сукины дети!
– ощетинилась женщина, и замахнулась на парнишек сумкой в попытке их достать.

Те лишь с веселым визгом отбежали от нее подальше и остановились. Курнос, довольный реакцией женщины, решил ее подзадорить, и нагнувшись задним местом в сторону мадам, хлопнул рукой по своей половине ягодиц.

– Бе-е-е!!!
– козлодоем забекал Курнос.

– Ах ты собака!!!!
– завизжала уязвленная мадам. Двое кавказцев, хохоча над картиной, подзадоривали Курноса.

Пытаясь не уронить собственное "лицо", женщина попыталась догнать мальчугана. Тот, с ловкостью обезьяны, стал маневрировать между прохожими, не давая возможность до себя дотянуться. Поняв безнадежность поимки мальчишки, женщина остановилась и гордо, чуть пошатываясь, отвернулась от ловкого Курноса. Пройдя несколько шагов, всем видом показывая свое уязвленное "достоинство", женщина вздохнула, не замечая подкрадываюшего Курноса. Сорванец так просто не хотел все оставить, и со смачным шлепком, пнул по заду женщине.

Она с визгом, резко повернулась, пытаясь поймать за шиворот хулигана. Курнос хохоча выкрутился из рук, и издавая хрюкающие звуки, припустился от дамочки. Догнать мальчугана не было возможности, и женщина опустила руки с сумкой. Со слезами на глазах, от беспомощности и ужасающего позора, она побрела по своим неотложным делам, ускоряя шаг, по дороге отводя взгляд от назойливых и любопытных глаз прохожих, привлеченных бесплатным аттракционом: "пни меня".

– Ха-ха!! Как я её?
– с гордостью похвалился Курнос, подходя к стоящему в стороне невеселому Сергею.

– Ты просто крут!
– пробормотал иронично Серый, у которого после этой сцены, остался горький привкус.
– Калдырьку "опустил"....

– Да ладно тебе! Такую пьянь подзаборную еще жалеть..., так им алканавтам и надо!

– Курнос? А тебе не кажется, что через лет десять мы такие же будем?
– ужаснулся собственной мысли, Серый.

– Ну уж! Скажешь тоже...
– уверенность куда то пропала, и уже стал жалеть о содеянном Курнос.
– .... Все равно она сучка..., пойдем лучше покурим.

– Пойдем!
– Согласился Серый машинально, на ходу, доставая пачку "Примы" без фильтра и протягивая ее Курносу. Не стесняясь людей, мальчишки прикурили, останавливаясь у конца товарных рядов.

– ЭЭх мальчики! Не стыдно вам при людях, в таком возрасте курить?
– укоризненно качая головой, появилась не весть, откуда появившаяся бабушка, держа в руках пакет, опять же, с пустыми бутылками. Здоровая конкуренция на этом базаре процветала.
– Когда я была в вашем возрасте, даже помыслить не могла о таком, в наше время родители нам спуску не давали, и при этом воспитанность и интеллигентность прививалась с молоком!