– Тебе лучше знать, что делать.

– Это так. Спасибо, что понимаешь меня. Что там с купцом туровским?

– Обычный купец. Для нас он интереса не представляет.

– Ну, так и отправь его восвояси.

– Я так и поступила. Завтра съедет.

– Вызови бабку Павлу с Ленкой. Людке скоро рожать, а мне к тому же с лешим повидаться надо. Пусть призовет.

– Сегодня же пошлю за ними повозку.

– Однако пора и пообедать.

– Так идем. А то ты все в делах погряз, аки пчела.

– Хорош прикалываться, я тебе не Ваня Грозный.

– Ха-ха!

В подготовке к походу, одним мгновением пролетели три дня, и вот уже на утренней зорьке все население Гордеева городка высыпало за черту северных ворот, провожать дружину. Выстроенные в две шеренги всадники, бросали взгляды на своих родных, стоящих напротив строя. По дороге друг за другом разместились двадцать повозок, запряженных по две лошади в каждую - тыловое хозяйство Боривоя. Во всех действиях воинства, наблюдался порядок, все ждали боярина. Легкий топот копыт и из открытых настежь ворот показалась небольшая кавалькада, проскочившая к центру построения. Монзырев остановил лошадь. Следовавшие за боярином, Горбыль, Галина и Мишка, осадили своих коней. С правого фланга дружины, навстречу боярину подъехал воевода Улеб, в тишине строя, раздался его громогласный голос:

– Херсир, дружина для марша построена, в строю полсотни воропа, две сотни бронных воев, сорок один боец тылового обеспечения. Среди людин больных нет, заводных лошадей согласно твоему приказу в поход не брали, - доложил он.

– Вольно!

В крепости давно привыкли к новым порядкам докладов и построений, введенных боярином и сотниками Андреем и Горбылем. Такие ритуалы нравились особенно гражданскому населению городка. Необычная манера строевых отношений, теперь могла смутить своей необычностью, человека недавно попавшего в крепость, но не старожилов.

Монзырев обратился к воинству:

– Бойцы! Впереди поход, нелегкое бремя войны, но я знаю, что вы готовы к его тяготам и невзгодам. Я не знаю, когда мы вернемся к родным очагам, знаю, что это будет не скоро. Мы уходим в чужие земли не ради наживы и грабежа, а для того, чтобы война не пришла к порогам вашим и ваших родовичей. Сейчас там, на далеких Дунайских берегах будет решаться вопрос, последуют ли и далее набеги кочевников на земли русские. Мы с вами обязаны поддержать крепость исконно славянских богов, коим поклонялись еще наши Диды. Мы воины, защитники державы нашей.

Боярин обернулся к остающимся родичам.

– Сейчас можете подойти и проститься со своими близкими!

Толпа хлынула к строю, женщины и дети обнимали дорогих для себя людей, уходивших надолго, быть может, навсегда. Слез и причитаний не было, не принято это у славян, заранее оплакивать воинов.

– Толя, прошу тебя, будь осторожен, помни, что мы с Олюшкой ждем тебя и любим, - напутствовала Галка мужа, по нормальному, они простились еще в тереме, нечего было смущать людей.

У стремени Монзырева собрались почти все попавшие с ним из будущего в этот беспокойный век. Подошедшая бабка Павла, встретившись с ним глазами, улыбнулась ему.

– Ты не волнуйся, боярин, воюй спокойно. Я уж как-нибудь постараюсь отвести беды.

– Спасибо на добром слове.

Сашка протиснулся между провожающими к Андрею, потрепал его по плечам.

– Что, Андрюха, опять воевать на разных фронтах придется? Ты на запад, я на восток.

– Ничего, друг, мы еще встретимся и разопьем с тобой боевые сто грамм.

– Николаича и ребят береги.

– А то сам не догадался.

Андрея кто-то потянул за рукав, обернувшись, он увидел смущающуюся Ленку.

– О-о, Кнопка! Никак вспомнила своего кавалера?

Ученицу ведуньи, уже с большим натягом можно было назвать "кнопкой", вытянувшаяся, повзрослевшая девушка расцвела, похорошела. Можно было смело сказать, что перед Андрюхой стояла красавица.

– Андрюшенька, я вот тебе оберег сотворила, - она набросила на шею шнурок с подобием ладанки.
– Это науз, он будет хранить тебя от хворей и нечисти. Запомни, мы ждем вас всех домой живыми.

Сашка шутя, бережно приобнял Ленку, подмигнул Андрею.

– Да, Андрюха, мы тебя будем ждать.

– По ко-оням!
– прозвучала команда из уст воеводы. Все воинство пришло в движение, родовичи отхлынули от его рядов.
– Вороп, выдвинуться в передовой дозор, расстояние от остальных подразделений - в полверсты.

– Вороп, ма-арш!
– отдал приказ разведчикам Олесь, начальник разведки Монзыревской дружины.

С места в галоп разведка помчалась по намеченному летнику.