— Будет здесь через десять минут. Пошла я собираться.

Сестра ушла, а я прижался лбом к стеклу, пытаясь разглядеть звёзды через пыльное стекло. Ни черта не видать. Кто-то тихо подошёл сзади, и я точно знал, кому принадлежат крадущиеся шаги. Запах, шелест одежды, даже дыхание позволяли определить пришельца. Раньше я так не мог.

— Лёшка, — в голосе Анжелики ощущалось напряжение, — ты совсем с катушек съехал?

Я повернулся. Девушка не была пьяной, как мне показалось вначале — она выглядела испуганной.

— Ты это о чём? — холодно поинтересовался я. Энжи, как я звал её раньше, за сегодняшний вечер успела надоесть до чёртиков.

— Что у тебя с твоей сестрой? — я прищурился, и Анжелика отступила на шаг, — помнишь, ты сказал, будто я умею хорошо изображать чувства, вместо того, чтобы проживать их? Может быть, но зато я хорошо вижу, когда они — настоящие. Эти ваши перемигивания, касания и прочее. Так себя с сестрой не ведут!

— Это не твоё дело! — я ощутил бешенство.

— Но это же — безумие! — она вдруг резко приблизилась и обняла меня, потянувшись полными губами, — я тебе помогу. Как раньше.

Кто-то, с шипением, отбросил Анжелу в сторону. Лилька встала передо мной и оскалила клыки. Энжи взвизгнула и отпрыгнула к стене, сшибив сковороду с плиты.

— Не лезь, — коротко рявкнула сестра, — он — мой!

Анжелика переводила взгляд с меня на Лилю и крупные капли пота катились по её лбу. Потом ноги девушки подломились, и она шлёпнулась на пол.

— Кто вы? — прошептала она, — вы же не…

— Забудь, — посоветовал я и посмотрел в окно, — ого, в своём репертуаре. Лиль, пошли, за нами приехали.

Пока я одевал пальто, совершенно невменяемый Матрос пытался задержать нас, всё время рассказывая сестре, как она сногсшибательна, а Олег молча стоял рядом, задумчиво изучая мою физиономию. Уже закрывая входную дверь, он придержал меня за руку и настойчиво сказал:

— Когда сможешь — позвони, а лучше — приезжай. Думаю, нам есть о чём перетереть.

— Если смогу, — я выразительно посмотрел ему в глаза, и парень криво усмехнулся. Мы всегда понимали друг друга с полуслова.

Мина приехала на чёрном тонированном Хаммере и ожидая нас, нетерпеливо постукивала каблучком ботильонов, стоя у открытой водительской дверцы. Тёмно-синее пальто с длинными фалдами ничуть не скрывало ни мини юбки, ни макси ног, но странное дело, сегодня вампирша словно потерялась на фоне Лильки. И кажется, это чувствовала и сама.

— Совсем другое дело, — с лёгкой насмешкой сказала Мина и посмотрела мне в глаза, — хорошо, когда имеешь дело со своими, а не с какими-то…

В этот раз я сумел различить неразборчивое ругательство. Слово: «животные», только произнесённое очень быстро. Вот так, не больше и не меньше. Наша спасительница и кураторша считала людей обычными животными. Честно говоря, мне стало неприятно.

— Садитесь в машину, — вампирша огляделась, словно опасалась возможной слежки, — попробуем сегодня насолить Цепешу по самое, не балуй.

— Куда мы? — поинтересовался я, когда автомобиль неторопливо двинулся вперёд, неуклюже протискиваясь в узких переулках, соединяющих дворики. Лилька так уютно прижималась ко мне, запустив руку под мышку и запах её отдавал свежестью весеннего утра.

— Навестим нашего недоброжелателя, — вампирша коротко хохотнула, — точнее, не его самого, а лишь его зловещее вампирское логово. Владимир Казимирович, сегодняшней ночью изволит встречаться с Советом Высших Вампиров — кстати, большая честь для вашего Мухосранска принимать такое количество замшелых пердунов. Обычно их сходки продолжаются часов пять-шесть и уйти раньше никак нельзя — нарушение правил. Вообще-то, Цепеш не особо их празднует, но пока Совет ему очень нужен, и старик не будет лезть на рожон. Значит, у нас полным-полно времени.

— Для чего? — не удержавшись, я поцеловал Лильку в макушку и тут же перехватил любопытствующий взгляд Мины в зеркале заднего вида, — ну, в смысле: мы то прячемся, то лезем на передовую. Где логика?

— Необходимо взять у старого кровососа набор инструментов, без которых он не сможет провести Ритуал Переноса, — автомобиль совсем уж с трудом протискивался между разбитыми плитами бордюров, и водитель тихо чертыхалась, — если эти штуки окажутся у нас, исчезнет смысл в вашей поимке. Ну, разве прикончить по злобе. Влад на такое способен.

Наконец то мы покинули лабиринты тесных двориков и выползли на простор Строителей — проспект казался чисто вымытым, а одинокие автомобильчики испуганно шмыгали мимо нашего броневика. Я никак не мог сообразить, куда мы направляемся: никаких крупных особняков, пригодных для проживания старого вурдалака, здесь нигде даже не предполагалось.

Мина лишь рассмеялась, стоило мне упомянуть об этом.

— Цепеш старается не селиться в отдельно стоящих особняках, замках и дворцах, — пояснила она, — пытается держаться ближе к людным местам, предпочитает элитные номера в хороших гостиницах, желательно — президентские. И дело даже не в близости пищи; просто отголосок старых привычек, когда его пару раз едва не прикончили в собственном замке. Впрочем, как я выяснила, у вас он не нашёл подходящей гостиницы, поэтому арендовал пентхаус на Воробьёва.