Ее руки дрожали, когда она предложила всем присесть на диван.

Дик сел. Алисса устроилась в трех футах от него, обнажая черные шелковые подвязки и потрясающие чулки. Люк сел рядом и случайно положил руку на ее вдруг оголившееся бедро. Пульс на ее шее забился сильнее. Какого хрена здесь происходит?

– На протяжении трех лет ты постоянно мне отказывала. Почему вдруг все изменилось?

Алисса моргнула. Ее великолепные голубые глаза заволокло серо-черной дымкой, а на нежном лице с золотистым загаром появился румянец. Для стриптизерши, которая видела худшую сторону жизни на протяжении многих лет, она была невероятно хороша в образе обыкновенной девушки.

– Ты передумал?

От ее хриплого голоса его тряхнуло. Невероятно сексуально. Женщина ошеломляла. Кроткие глаза, блестящие губы, что припухли и искушали, груди, к которым, скорее, приложил руку врач, а не Бог, но все же такие заманчивые. Обнаженная полоска бедра привлекла его внимание. Что-то к югу от его ремня зашевелилось.

– Я не изменил своего мнения.

Она повернулась к Люку, с той же мягкостью повторив вопрос.

– Я не собираюсь менять своего решения.

Его рука на ее бедре пропутешествовала вверх, приподнимая юбку, пока не добралась до влажных черных трусиков.

– Хорошо, - выдохнула она.

– Дик, - позвал его Люк, – поцелуй ее. И сними с нее эту кофточку.

Алисса застонала.

– В-вы не хотите сначала пройти в спальню?

Люк встал и задернул шторы, после чего снял ботинки и сорвал с себя рубашку.

– Мы доберемся туда. В результате.

– Ох.

Она выглядела ошеломленной, а они еще даже не прикоснулись к ней. Тогда Люк бросил на брата выжидающий взгляд. Правильно. Поцеловать ее. Раздеть.

Глубоко выдохнув, Дик протянул руку и расстегнул ряд пуговиц спереди на блузке Алиссы. Боже, у него дрожали руки, когда он обнажал ее, раскрывая пышные груди, едва поддерживающиеся бюстгальтером без бретелек. Великолепная золотистая кожа. Он готов был поспорить, что она загорала топлесс.

Дик снял блузку с Алиссы и на мгновение замешкался, положив ту на диван рядом с собой. Ткань выглядела настолько изысканной, что ему не хотелось ее помять.

– Дик, - сорвался Люк, – поцелуй ее.

Алисса пристально смотрела на него, по голубым глазам девушки было сложно понять, о чем она думала, однако в них отчетливо читалось возбуждение. Люк развернул ее в сторону Дика, спиной к себе, а затем его кузен поцеловал ее в шею и положил руки на ее грудь. И едва он прикоснулся к соскам, как те превратились в твердые горошины.

Под поцелуями Люка Алисса начала терять выдержку. Закрыв глаза, она застонала.

– Ты так приятно пахнешь, - прошептал Люк, одним движением руки сняв с нее бюстгальтер. – Смесь солнца и греха.

Ее голые груди были великолепны. Упругие, сочные, округлые. Если они и были подделкой, то чертовски хорошей подделкой.

Девушка положила голову на плечо Люка, задыхаясь от прикосновения его пальцев, скользящих по ее груди, касавшихся ее сосков, отчего те теперь стали малинового цвета.

Черт, эти двое были дьявольски сексуальны. Люк, словно тень с черными волосами и бронзовой кожей, ласкал бледную кожу Алиссы, убирая ее платиновые волосы с затылка, чтобы вдохнуть ее аромат. Вид, как она содрогается в руках его кузена, сделал Дика твердым. Наконец-то.

Одна рука Люка скользнула в разрез юбки, приподнимая ту выше, и коснулась черного шелка, прикрывающего ее киску.

Алисса ахнула. Дрожа. Постанывая.

– Поцелуй ее.

Люк повторил свой приказ, который подействовал на Дика подобно ушату ледяной воды. Это не имело никакого смысла. Алисса была олицетворением секса. Он хотел трахнуть ее в течение многих лет. Она была топлесс, готовой и чертовски быстро возбуждалась.

Но она не Кимбер.

Оттесняя вглубь протестующий голос в своей голове, Дик не только не послушал его, он придвинулся ближе к девушке, накрывая ее рот и призывая ее открыться еще шире. Отчаянно. Ее язык начал чувственный танец, медленно и неторопливо навевая мысли об ошеломляющем минете, который она могла бы ему подарить. Ее вкус был пряным и свежим.

Но он истосковался по вкусу сладкой невинности. Нерешительности. Чистому желанию угодить.

Алисса была сама обольстительность. Красивая. Опытная. И в состоянии заманить мужчину в пучину греха. Но по какой-то долбаной причине, он не хотел, чтобы она сбивала его с пути. Прикосновение к ней ощущалось... как нечто странное. Неправильное.

Словно он предает что-то. Кого-то.

Перед ним вновь всплыл образ Кимбер, ее карие полные слез глаза.

Обжигая. Чувство неправильности ощущалось как тысячетонный ком в животе. Блять! Он дернулся прочь от Алиссы. Но Люк этого даже не заметил. Вместо этого его кузен притянул девушку к себе на колени.

Одной рукой он запустил пальцы ей в волосы, накрывая ее рот своим, погружаясь в нее. Глубоко. Словно ему все равно, как если бы у него был запас воздуха в легких на ближайшее десятилетие.