– Я уверена, что первое выступление нового тура будет захватывающим. Все билеты проданы. Фанаты будут там. Они любят тебя. Не о чем беспокоиться.

– Ох, это меня волнует меньше всего. Иногда я думаю, что могу спеть "У Мэри был барашек", и у них будут полные радости штаны.
– Он засмеялся, цинично фыркнув.
– Это безумие.

– Так в чем тогда дело?

– Скоро увидишь...
– нараспев протянул он со странным выражением лица. У Джесси определенно был секрет. Он что-то замышлял.

– Что ты задумал?

– Тебе придется потерпеть до вечера, чтобы узнать.

– Жду с нетерпением этого момента.

Но она солгала. Она не понимала того страха, который поселился в ее животе, словно груда камней. Сюрпризы не всегда бывают хорошими.

– И это все?

– Ну, я думаю, все будет превосходно.

Интересно, он был обескуражен тем, что она не прыгала перед ним, пытаясь выяснить секрет?

– Надеюсь.

Джесси пристально на нее посмотрел, его пронзительные темные глаза выражали беспокойство и замешательство.

Она вздохнула.

– Что не так?

– Ничего.

Отрицание, короткое и ясное. Черт возьми, этот мужчина был настолько капризным. От максимума к минимуму, от озорства к задумчивости, все по щелчку. Все всегда просто подстраивались, заметила Кимбер. Джесси привык, что мир вращается вокруг него. Это не было похоже на ее отца и братьев, у которых было всего три режима: работа, смех и гнев - и все именно в таком порядке. Джесси был очень эмоциональной личностью.

– Что случилось с тем парнем, которого я знала?

Вопрос прозвучал прежде, чем она смогла себя остановить. Взгляд Джесси метнулся к ней.

– О чем ты?

Кимбер боролась с волнением и желанием отвернуться. Но у них не было разговоров по душам всю последнюю неделю. Беглые и ни о чем, да. Он спрашивал о ее семье, об учебе, немного о ее планах на будущее.

Конечно, она и сама не шла на контакт. Кимбер не могла рассказать человеку, с которым собиралась связать свое будущее, что ее сердце находится совершенно в другом месте. К тому же Джесси был поглощен в большей степени этим гастрольным туром, нежели откровениями с ней. Несколько дней они вообще не общались.

Дик был не таким: он всегда контактировал с ней, даже если и просто взглядом, всегда говорил с ней начистоту, и не важно, хотела она его слушать или нет.

– Я думаю, ты знаешь, о чем я, - прошептала девушка, стараясь держать свои мысли подальше от телохранителя с железным сердцем: - Ты... изменился.

– Ты тоже. Ты стала более уверенной, зрелой и чертовски сексуальной, - Джесси наклонился и коснулся ее губ легким поцелуем.
– Когда я с тобой, я чувствую себя чище, собраннее. Полагаю, это отвлечет меня от постоянных вечеринок.

Возможно, это было правдой. Кто знает? В каком-то роде Кимбер казалось, что она разговаривает с незнакомцем.

– Я здесь не для того, чтобы менять твою жизнь.

– А мне нужно изменить мою жизнь, и я знаю, что ты и есть ключ. Я постоянно вспоминаю то лето, которое провел с тобой и твоим отцом, и помню наши разговоры, поступки, что мы делали. Мы находили милые и невинные способы для развлечений.
– Он сделал паузу, в его глазах появился блеск.
– Эй, а ты знаешь, что у меня есть на DVD?

В улыбке Джесси таилось озорство. И намек на счастье… Настоящая улыбка. Впервые за эту неделю.

Кимбер расслабилась и усмехнулась в ответ.

– "Американский пирог"?

– Ага. У нас есть несколько часов перед моим выходом на сцену. Что думаешь?

Посмотреть фильм, который заставил их смеяться до слез тем летом?

– Конечно.

– Погоди секундочку.

Джесси перелез через спинку дивана и взял телефон. В считанные секунды он потребовал попкорн у службы обслуживания номеров. К тому времени, когда он нашел диск, разобрался с аппаратурой и подключился к плазме, выведя на экран меню, попкорн был доставлен в номер

Более часа, они смеялись над проделками четырех старшеклассников, которые все пытались распрощаться с девственностью на их выпускном балу.

– Смотри, - потребовал Джесси, подбрасывая попкорн в воздух и пытаясь поймать его раскрытым ртом.

Он промахнулся. Зерно попкорна ударило его по щеке, и Кимбер рассмеялась.

– Чудила.

– О'кей, я попрактикуюсь. Это работает лучше с M&M's.

Она шутливо ударила его кулаком в плечо.

– Оправдания, оправдания.

– Можно подумать, ты сможешь лучше.