– Господи, вечная парочка. Заходите, но чтобы это был последний раз, иначе будете изучать русский в коридоре, а лучше, в кабинете директора!

Прошмыгнув в кабинет, ребята сели за свою парту, дав друг другу «пятюню» за успешное вранье, однако, делать им этого, не стоило. От Людмилы не скроешь ничего, и даже этот жест заставил женщину стукнуть кулаком по столу.

– Антонова, Васильев! Вон из класса, живо! Живо, я сказала! Собрали свои манатки, и чтобы я вас тут без родителей не видела, совсем распустились!

Оставшиеся сорок минут, Лиза с Никитой провели в коридоре, но узнав, что сразу после русского идет литература, решили попросту пойти домой, и не тратить свое время здесь. Сегодня, им в принципе, повезло. Четыре урока, а последний – география. На нее можно было не идти, все равно будет замещение учителя. Забрав куртки из раздевалки, друзья покинули стены школы на сегодня. Если верить слухам, то эта неделя будет довольно халявной. Уроков немного, а пятницу, и вовсе, школьная дискотека, на которой не будет глупых седьмых и восьмых классов. Впрочем, жизнь не так плоха, как может показаться.

По дороге домой, Ник все же решил спросить, о чем Лиза говорила с физруком, но девушка была непробиваема, отмахиваясь, говоря, что это не его дело. Никита сдался, понимая, что пока подруга сама не захочет, то все равно ничего не расскажет. Домой Лиза решила не идти, решив попроситься в гости, к другу. Никита и Лиза дружат с детского сада, потому являются друг другу почти родными. Лиза не стесняется перед ним переодеваться и говорить о всякой женской ерунде, Ник, в свою очередь, может спокойно говорить с ней о том, как запикапить девчонку, и какие методы контрацепции лучше. Но ребята не учли того маленького факта, что сегодня не самый обычный день, а значит, кое-что все еще впереди, но что же это будет?

========== 3. ==========

По приходу к Никите, Лиза скинула с себя куртку, и, разувшись, закинула кроссовки вглубь коридора. Ей нравилось проводить время у Ника, квартира большая, светлая, обставлена со вкусом, всегда идеальный порядок, даже когда дома родители друга, они никогда не ругаются, царит полная атмосфера уюта и тепла. Такой атмосферы Лизе очень сильно не хватало. У нее дома постоянные скандалы отчима и матери, вечный бардак и хаос, плюс дико выводящие из себя капризы младшей сестры. Приходя домой, она себя как на иголках чувствует, поэтому предпочитает появляться там только к ночи, когда все уже готовятся ко сну. Это не очень удобно, ведь порой приходится делать уроки до двух-трех часов ночи, но хорошие оценки того стоят. Иногда девушка делала уроки у Никиты, но это было трудно, так как пока она трудилась над оценками двоих, парень рубился в приставку, слишком громко комментируя свою игру. Нередко ему прилетали тапки в голову, но Васильев был так увлечен, что особо и не замечал этого. Заядлый задрот.

Проходя в большую и светлую гостиную, блондинка плюхается на мягкий кожаный диван, по-хозяйски растягиваясь на нем, закидывая ноги на спинку. Ник же падает в свое любимое кресло-грушу, и смотрит на подругу. Хотя она и сказала, что произошедшее на уроке между ней и Матвеем его не касается, вид у девушки был слишком задумчивый. Шатена это волновало, и он уже собирался задать свой вопрос повторно, но Елизавета его опередила.

– Ник, чтобы ты сказал, выслушав такую историю? К примеру, есть девушка, допустим, она работает какой-нибудь секретаршей, и в пятницу идет развлечься в бар. Там она знакомится с красивым таким молодым мужиком, готова даже переспать с ним, но из-за непредвиденных обстоятельств, ей приходится бросить его прямо в процессе. В понедельник она приходит на работу и узнает, что ее начальник уволился, а на его место пришел тот самый мужик, с которым она почти что переспала. – девушка смотрела другу прямо в глаза, но тот лишь вздохнул и, сложив руки под грудью, с видом знатока, мягко ей улыбнулся.

– Ну, будь я на месте того мужика, и если бы шел к девушке не просто для того, чтобы затащить в постель, то узнав, что я ее начальник, попытался бы добиться ее внимания. А вообще, Антонова, называй вещи своими именами. Так бы и сказала, что чуть не перепихнулась с нашим физруком, и дело с концом-то, но нет, вы – женщины, любите все перевернуть и завести это излюбленное «подруга моей подруги, допустим какая-то там девушка» и далее по сценарию. А вообще, сама-то, как думаешь? Понравилась ему? – в глазах парня заиграл азарт, а после, в его лицо прилетела подушка, опять же, с прямым попаданием.

– Бесишь ты меня, вот прям капец, как бесишь! Я просто рассказала тебе историю, с чего это ты решил, что я говорю про себя и этого Матвея-как-его-там?! – девчонка вскочила с дивана, держа в руке вторую подушку, готовясь запустить и ее в лицо Васильева.

– Потому что я твой лучший друг. И все-таки, на вопрос-то ответь.

– Пф, с чего бы мне ему нравиться? Во всяком случае, теперь он всего лишь мой учитель, никаких «нравится» и быть не может. Я, конечно, не сторонник морали, но не желаю думать об отношениях с учителем. Однако он меня поцеловал, и это странно. Сказал, мол, это месть, что я, такая плохая, посмела бросить его в разгар процесса. Кто поцелуями вообще мстит? – махнув рукой и недовольно фыркнув, блондинка вновь завалилась на диван, и, положив голову на подлокотник, прикрыла глаза.

– Он тебя поцеловал? – на секунду девушке показалось, что голос друга немного изменился, но, не придавая этому значения, она просто кивнула в ответ. – Так, ладно. А ты о нем, что думаешь?

– Ничего. Я хотела переспать с ним, ничего более. И то, знала бы, что он будет нашим физруком, близко бы к себе не подпустила. Мне и без него проблем хватает. – пожав плечами, Елизавета все же положила голову на подушку, смотря на светло-бежевый потолок, по периметру которого были увешаны маленькие лампочки, а в центре большая золотая люстра. Антонова хотела было немного вздремнуть, но последующая фраза, услышанная от друга, заставила ее упасть с дивана. «Дура ты, Лизка. Ноги раздвигать научилась, а головой думать – нет. Глупенькая еще». – Что-о-о?! Васильев, бабулю твою, ты охренел?! Значит, так. Пошел вон, дверь знаешь где. – сделав глубокий вдох, блондинка указала рукой в сторону коридора, прикрыв глаза. Слышать такое было весьма неприятно, потому, сейчас вести с другом диалог Лизе не хотелось.