— Мне хватит.

— Ой ли? — Она хитро прищурилась. — Хорошо, а понимаешь ли ты, что в тот миг, когда твоя ментальная защита рухнет, твой рассудок может не выдержать натиска вырвавшейся силы? Ты сойдёшь с ума. Или умрёшь. Несколько минут, может даже час ты протянешь, но после… Безумие! Наверное.

— Наверное? То есть, у меня есть шанс спасти свой рассудок?

— Есть. Мизерный. Как повезёт. Зависит от того, как долго простоит твоя защита и как часто то, что томится за ней, будет пытаться вырваться на волю под натиском эмоций.

Я промолчала, переваривая сказанное. Заодно осмотрелась. Странное помещение, но смутно знакомое.

— Мы в Визжащей хижине? — спросила я.

— Вероятно. Правда, тут гораздо чище и мебель цела.

— Почему мы здесь?

— Это нужно спрашивать у тебя, — По её лицу вновь скользнула усмешка. — Как думаешь, почему? Не нужно отвечать мне, попробуй сформулировать для себя.

«Место, где Ремус превращается в волка. Или где я меняю свой облик, приходя сюда каждое полнолуние. Или где Люпин пытается справиться с болью и эмоциями, превращаясь. Верно? Не знаю. Если это метафора, то она слишком сложная».

— Почему я не просыпаюсь?

— Потому что у тебя остались вопросы. Они не требуют срочного ответа, но эти ответы тебе необходимы, чтобы, скажем, крепче спалось по ночам.

Она говорила легко и беззаботно. Даже как-то раздражало. Я пыталась сформулировать то, что мучило меня давно, но так ненавязчиво, что я и не думала толком об этом.

— Когда я попаду в… пустоту… у меня есть шанс вернуться? Ты не сказала, что я умру, только то, что талисман меня заберёт. И то, что смерть скрывается во тьме, в пустоте её нет и быть не может. Так? — Она кивнула. — Значит ли это, что у меня есть шанс спастись?

— Есть. Мизерный. Как повезёт, — повторила она свою же реплику. — Пока это никому не удавалось, но да. Шанс есть. Один на миллион. Тебя это успокоило?

— Более чем, — я поднялась на ноги. Пора бы уже проснуться. — Спасибо за беседу.

— Не благодари, меня для того и создали, чтобы направлять заблудшие души, — зевнула она.

Уже у самых дверей я обернулась.

— Как тебя зовут? — спросила я.

Женщина изумлённо обернулась.

— До сих пор меня об этом не спрашивали. Более того, мне никто так и не удосужился дать имя.

— Возьми любое из моего сознания, — я пожала плечом.

— Мне не положено иметь имя, — улыбнулась она. — Я мираж, наваждение. Эдакий Вергилий в потёмках твоего собственного сознания. Как только ты дашь мне имя, я исчезну отсюда и материализуюсь где-то во плоти. Такова природа наваждений. Мы остаёмся ими, пока у нас нет имён.

Я вновь пожала плечами, мол, дело хозяйское, и вышла за дверь.

Проснулась я посреди ночи. В больничном крыле, где же ещё? Попыталась вздохнуть, но каждая клеточка тела отозвалась тупой болью. Меня словно до краёв наполнили свинцом, даже вздох был тяжким испытанием. Голова взорвалась от боли. Могла бы говорить — вопила бы. Но вместо крика из груди вырывается лишь хриплое шипение. Перед глазами плыли цветные круги.

Минуты через три всё кончилось так же внезапно, как началось. Я неуверенно подняла руку, осмотрела её. В темноте ничего не видно. Осторожно приподнимаюсь на локте, осматриваюсь. Соседняя кровать занята. Кто это? Спускаю ноги с койки, опираясь на тумбочку, неуверенно поднимаю задницу. Понадобилось секунд десять, чтобы нижние конечности ощутили способность самостоятельного передвижения. Чуть пошатываясь, подхожу к соседней кровати. На ней дрыхнет Лафнегл. Крепко его приложило тогда, видимо.

— Эй, Эд, — я протянула руку и потрясла его за плечо. — Лафнегл, просыпайся!

Парень не реагировал. В какой-то момент я испугалась, что он мёртв. Пощупала пульс. Слабый, но есть.

— Эд, — снова позвала я, чувствуя поднимающиеся волнение и лёгкую панику. – Эй, козлобаран! Просыпайся давай!

Послышались шаги. Я спешно юркнула на свою кровать, натянув одеяло по самый лоб.

— Состояние не улучшается, Альбус. Думаю, даже ваш неожиданный визит посреди ночи не может исправить положения! — ворчала мадам Помфри.

— О, как знать, как знать… — загадочно протянул директор. — Например, мисс Блэк, как я вижу, вполне пришла в себя и просто спит. А мистер Лафнегл…

— Чудо, что он дышит, — вздохнула медсестра. — Понятия не имею, что это за колдовство, но мне хотя бы удалось стабилизировать его состояние. Можно сказать, мальчик в коме.

Меня словно молнией ударило. Проклятье… Это всё моя вина! Это из-за меня! Я закусила подушку, пытаясь сдержать всхлип.

====== Часть 56. (Guilty) ======

Как только директор и медсестра удалились, я подскочила к кровати Эда. В коме… надо же… Но он же жив! Это хорошо! Да ведь? Да, конечно… только он теперь овощ!