– Это Клава, жена дока, с ней лучше не связывайся, - бармен, стоило ему покинуть место своей работы, стал обычным плюгавым мужичком.

Суетность движений и бегающие глазки придавали его образу схожесть с крысой.

«-И куда девался все понимающий и уверенный в себе мужчина», - мысленно дивился я произошедшим метаморфозам.

Познакомится с доком удалось только после обеда, оказавшийся одетым в некогда белоснежный, а теперь порядком пожелтевший и мятый халат, неопределенного возраста мужчина все время поправлял на переносице очки.

– Как во времена второй мировой, город обезлюдел, есть стало нечего, да и холодно очень, - в ответ на мой вопрос, откуда док родом, высоколобый ученый рассказал, как переставшая снабжать электричеством город Питер ядерная станция в Зеленогорске обрекла многомиллионный город на вымирание.

– А как удалось выбраться? – впечатленный рассказами о беспорядках и мародерстве, начавшихся в некогда культурной столице нашей страны, поинтересовался я.

– Приехали столичные, начали набирать в состав родов, - с заметно меньшим энтузиазмом пояснил док.

– И что? – подтолкнул я собеседника на откровенность.

– А то, что набирали в младшие ветви! – обвинительно выпалил он, но тут же, оправдываясь, добавил: -кто тогда еще знал, что это вообще такое?!

– Похоже, что столичные как раз и знали, - нейтрально высказался я.

На почве неприязни к более удачливым одаренным, док принял меня за своего и начал вываливать информацию, обо всех несправедливостях, которые выпали на его судьбу.

– Хорошо, что я успел составить Веде и показать барону, - дойдя до позитива, док приосанился: - иначе бы сгинул как все из наших в разборках между родами.

– Веде? – не уверенный, что правильно расслышал, переспросил я.

– О-о! – поняв, что я ничего не знаю об этом, док сунулся к компьютеру, заколотив по клавиатуре пальцами.

– Вот! – чуть развернув ко мне экран, чтобы было лучше видно, он указал на трехмерное изображение неизвестной мне руны, вращающейся вокруг своей оси.

– И? – с трудом подавив охватившее меня волнение, спросил я.

– Это руны! Я собрал воедино все известные руны и создал Веде! –клацая пальцем по мышке, док менял изображения на дисплее, наблюдая с превосходством за моим ошарашенным лицом. 

Какие-то изображения были мне знакомы, что-то я видел впервые. Но даже в тех, что я узнавал, существовали огрехи, доказывая, что это всего лишь очередная теоретическая разработка, не имеющая подтверждения практикой.

– Прана, которой оперируют Альфы, сама по себе не имеет никакого влияния на наш мир, - высоколобый стал вещать патетическим голосом, просвещая: - сформировав энергию ментальным образом, в виде таких-вот рун, одаренный может добиться того или иного воздействия как на самого себя, так и на окружающее пространство!

Слова дока находили во моем собственном понимании мира очень много общего, но я благоразумно молчал, внимательно слушая. То, до чего мне пришлось доходить рискуя жизнью и ставя опыты над самим собой, этот высоколобый вычислил большей частью теоретически. Это заставляло относиться к новой информации очень уважительно, так как самостоятельно до многих вещей я смог бы дойти еще очень нескоро.

– И вот, разбив все известные руны на составляющие, я произвел интерполяционное моделирование и выявил блоки, из которых они состоят! Систематизировав, я упорядочил производные и получил данный ряд, назвав ее Веде! – изображение на экране сменилось, показав мне множество квадратиков, в которых были вписаны различного вида кривые и загогулины.

– И как этим пользоваться? – изображение на мониторе было слишком мелким, чтобы я мог детально уловить все представленные к обозрению блоки.

– Каждый блок имеет свое значение, зная, какого эффекта требуется добиться, надо лишь брать нужные блоки и сложить их вместе! Многое еще требует проверки, но основные положения уже подтверждены настоящими испытаниями! – в его голосе чувствовалась неподдельная гордость. 

Откинувшись на спинку стула, я постарался стряхнуть с себя интерес, который смог вызвать чужой рассказ и компьютерная презентация. Потасканный вид дока и окружающая нас обстановка помогла окончательно прийти в себя. Старая мебель, выцветшие обои, протертый линолеум и с натугой гудящий компьютер не вызывали надлежащего антуража, в котором должен был бы жить ученый, сделавший подобного уровня открытие.

– И почему ты здесь, а не в пентхаусе, окруженный охраной и знойными красавицами? – злость на самого себя, что повелся на чужие бредни, прорезалась в сарказме моих слов.

– Было, все было, и пентхаус, и знойные красавицы, - киснув в одно мгновение, признался док, опустив глаза в пол.

Звук гремящих кастрюль, долетевший с кухни, заставил высоколобого дернутся и еще больше ссутулиться.

– Так что же произошло? – взяв себя в руки, я придал голосу участливые интонации.