«-Теперь еще недостающие искать», - пришла в голову невеселая мысль.

Собранных в рюкзак продуктов должно было хватить на пару дней. Затянувшиеся поиски существенно облегчили мою поклажу и лежащие на соседней полке вафельные брикеты были благосклонно приватизированы. Пошуршав оберткой, я устроил себе небольшой перекус, перед тем, как удовлетворить давно гложущее меня любопытство и выяснять, что-же находится в столь крупных ящиках. Пробираясь вдоль стеллажей, я старался не выходить на открытое пространство. На часах было два часа ночи, шансов на то, что кто-то неожиданно наведается на склад было катастрофически мало. Но я соблюдал осторожность.

Четыре массивные застежки, откинутые мной в сторону, позволили приподнять крышку и заглянуть внутрь. Сумрак мешал разобрать, что-же находится внутри, поэтому я полностью открыл верхнюю часть, позволяя желтому свету электрических ламп отразиться от блестящих изогнутых труб, установленных внутри ящика. Фантазия не сразу сообразила, на что похожа находящаяся внутри конструкция. Отскочив в сторону, я настороженно огляделся. На складе было тихо.

Сердце против воли учащенно билось, неожиданно вспотевшие руки намекали, что я не слабо так испугался. Если, когда-нибудь, мое тело упакуют в такой ящик, то никакие новообретенные сверх способности не смогут помочь оказаться вновь на свободе. Фиксаторы для рук, ног, головы, туловища, возможность быстрой подгонки под необходимый размер, отверстия вентиляции и даже приспособление для сбора естественных выделений человеческого тела.

Судя по всему, мэр Тулы расплачивался алмазами не за пустые ящики. Транспортировать одаренных в таких «гробиках» даже на мой непрофессиональный взгляд было очень удобно.

==

Автоматная очередь захлебнулась, сменившись тишиной. Судя по светлеющему небосклону уже было около десяти часов утра, разбудивший меня звук мог означать только то, что давно планируемая атака на склады рода Филиповых началась.

Обычные люди, нанятые для охраны складов, ходили в караул с автоматами на перевес. Я признаться не мог понять для чего это нужно, пока тишина сегодняшнего утра не омрачилась характерными выстрелами. Противостоять одаренным, идущим на штурм чужих территорий, обыватели не могли даже с использованием огнестрельного оружия. Единственное, на что еще годились люди, так это поднять вовремя тревогу, как некогда это делали сторожевые собаки, оглашая своим лаем охраняемые объекты.

Перекатившись с устроенной на ночь лежанки, я забрался на верхний ярус. Подпрыгнув, уцепился за железные балки каркаса крыши и, переместившись под навес, двинулся к торцевой части здания. Небольшое мутное окно выходило как раз на основной перекресток с небольшой площадью, фасадом к которой стояло административное здание с жилыми помещениями.

Протерев стекло, я устроился на корточках, наблюдая как из двух подъездов выбегают бойцы рода Филиповых. Среди одаренных на улице вертелись три овчарки. Когда-то это были просто сторожевые собаки, но по изменившимся временам, животные стали не менее опасными противниками, чем их хозяева.

Я никогда не наблюдал ранее столкновения одаренных между собой. Прильнув к стеклу, постарался ничего не упустить. Род Филиповых не стал распылять свои силы. Оставшись на перекрестке, они терпеливо ждали, пока бегущие от внешнего периметра нападающие достигнут занятой ими площади. Нападающих оказалось почти в два раза больше, но мне казалось, что для объединенных сил нескольких родов этого маловато.

Когда расстояние сократилось до пятидесяти метров, защищающиеся начали доставать колюще-режущие инструменты. Ножи, мечи, топоры, разобрать конкретно, кто-чем был вооружен с имеющегося у меня ракурса оказалось затруднительным. Нападающие по мере приближения так же вытаскивали различные средства усекновения конечностей, не брезгуя впрочем и короткоствольным оружием.

«-Да ну нафиг», - определил я для себя меру собственного желания поучаствовать в подобном столкновении.

Лишиться вечной жизни из-за чужих интересов казалось мне верхом безумия. По здравому размышлению, каждый из одаренных должен был думать также. Единственный фактор, который я никак не мог учесть, это членство в роду. Что-то заставляло одаренных исполнять чужие приказы, идя стенкой на стенку с зажатым в руках остроотточенным металлом.

Параллельно со своими размышлениями, я смотрел за разворачивающейся баталией. Хладная сталь наполнила утро рассекающим воздух свистом. Клинки и ножи сверкали в лучах солнца, заставляя одаренных уклоняться и парировать. Глухие хлопки пистолетных выстрелов сбивали атаки противников, после чего применивший огнестрел старался подрезать руку или ногу оппонента. Удары по шее были наиболее частыми, как впрочем и наиболее прогнозируемыми.

«-Надо запомнить», - отметив для себя подобный стиль боя, я накапливал «чужой» опыт.

Спустя полчаса битва пошла на убыль, несмотря на количественный перевес, нападающие стали отступать, оставив на площади обезглавленные тела более десятка трупов. Крови как таковой из рассеченных тел не было, только полностью перерубленные конечности оставляли на земле небольшие багровые лужицы.

У оставшихся в живых культяпки рубцевались, затягивая страшные раны. Судя по спокойно относящимся к своей искалеченности Альфам, утраченная конечность рано или поздно отрастет. Ответа на вопрос, сколько для этого нужно времени я не знал.

Стоило нападавшим отступить, как несколько появившихся на площади обывателей принялись стаскивать трупы к кучу. Орудуя железными крюками на длинных рукоятях, мусорщики выказывали недюжинную сноровку в столь грязном деле. Три собаки оказались невредимыми и сейчас лакомились мертвечиной, время от времени порыкивая на излишне близко подходящих к ним людей. Помимо четвероногих, трупы привлекли внимание ворон, слетевшихся на утреннее пиршество. Прошедшие как и большинство животных на планете необратимую мутацию, чернокрылые птицы не отставали от собак, издавая устрашающие звуки и кровожадно поглядывая на двуногих существ.