Мы делали это в течение пары часов. Я выпила еще один напиток, но он выветрился через час. Я была возбуждена исключительно благодаря адреналину из-за того, что покинула свою зону комфорта, и Картер был трезв как монахиня.

Рим, с другой стороны… ну он был чертовой катастрофой.

Был почти час ночи, и нам пришлось практически нести его. Я смеялась, Картер проклинал, а Рим нес всякий бред. Мы открыли дверь машины и бросили его на заднее сиденье, и он упал кучей, а его глаза потускнели на грани сознания.

— Лия, — пробормотал он, когда Картер направился к водительской стороне.

— Что? — спросила я, ухмыляясь ему.

Он указал мне на него, и мне нужно было залезть в машину к нему, чтобы посмотреть, что он хотел. Его рука поднялась и погладила мое лицо. Моя улыбка медленно исчезла, потому что он посмотрел на меня так, как никогда прежде.

— Это был бы я, — невнятно пробормотал он.

После этого он отключился. Его рука упала в сторону. Я смотрела на него широко раскрытыми глазами, и мое тело немного трясло.

— Это он о чем? — спросил Картер, залезая в машину и закрывая за собой дверь.

Я покачала головой.

— Ни о чем. Просто потерял сознание.

— Чертовски пьян?

Я медленно кивнула

Чертовски пьян, что сказал… только что именно?

Я залезла на пассажирское сиденье рядом с Картером, и сказала себе, что он просто был чертовски пьян, бормотал дерьмо, в котором было мало смысла. Рассел делал так в течение многих лет.

Картер держал меня за руку весь обратный путь, глядя на меня почти каждую минуту, с ухмылкой, играющей на его губах.

— Ты тоже пьяна? — спросил он меня, посмеиваясь.

— Ни в коем случае, — ответила я.

— Ха.

Он, наверное, был удивлен, что я села рядом с ним. Я смотрела него весь обратный путь, рассматривая его великолепный профиль, не желая ничего больше, чем соединить наши губы и перевернуть этот мир.

— Когда мы умрем, мы должны будем соединить наши рты вместе, — сказала я ему, не задумываясь.

Его брови поднялись, и он посмотрел на меня с удивлением.

— Следует ли нам сделать это сейчас?

— Да, — ответила я невозмутимо.

— Зачем?

Я пожала плечами.

— Я чувствую, что я дома, когда целую тебя.

Хорошо, таким образом, может быть, я была немного навеселе. Или, может быть, просто очень счастлива. Или, черт, может это было одно и то же. Я не знала. Я была просто загипнотизирована этим человеком.

Его улыбка исчезла, и он посмотрел на меня с задумчивыми глазами и приоткрытым ртом. Мне нравилось думать, что он знал, что я имела в виду.

Или, возможно, все это было в моей голове.

Картер

Не делай этого!

Глава 11

В начале второго он вернулся от Рима, после того как отвел его в спальню. В течение минуты я снимала свои сапоги, и затем он прижал меня к стене и поцеловал. Мне казалось, что этот день отложенных разочарований закончился.

Мы спешно раздевались по пути в мою спальню.

Мой жакет и майка исчезли.

Его футболка исчезла.

Его джинсы были расстегнуты.

Поцелуй пришлось прервать.

Он поднял меня, целуя мою ключицу по направлению к шее, страсть разгоралась во мне от его прикосновений.

Он опустил меня на матрас, грудью прижимаясь к груди. Расстегивая мой лифчик, он уткнулся лицом между моих грудей, и я выгнула спину на встречу к нему и застонала в прохладном воздухе, когда он щелкнул своим языком по моему соску.

Следующими слетели мои джинсы, и он застонал при взгляде на меня и, будучи голодным до моего тела, покусывал мои бедра, стягивая с меня стринги. Его пальцы скользили по моему клитору и моим складкам, мягко толкаясь в меня, когда он расположил голову между моих ног. Я схватила его за волосы и попыталась подтянуть его наверх, но он отвел мои руки в сторону и прижался губами к моему центру.

— Боже, Картер! — я неудержимо дрожала, удовольствие было крайне интенсивным.

Он сосал и двигал пальцами в и из меня, пока я металась у его лица, и он застонал, так как ему это нравилось.

— Ты уже такая чертовски мокрая, — пробормотал он, прикусывая зубами плоть, заставляя меня дрожать еще сильнее, — Я люблю это.

Я была мокрой, так как он почти взял меня здесь всего несколько часов назад. Мой тело чувствовало, что было на краю обрыва в вечность, и я была чертовски готова к падению. Еще несколько толчков пальцами, еще несколько движений языком, и я была готова упасть туда. Я собиралась упасть туда, так как меня накрывал самый изысканный оргазм в истории всех оргазмов.