– Не надо, – мрачно откликнулся Гремлин, делая очередной глоток виски. – Он у меня уже всю Шаболовку к рукам прибрал. И район Парка культуры. Никто из дилеров не хочет связываться с кокаином. Боятся. Я распорядился отстрелять пару «бегунков» Блеклого, так он тут же «ответку» бросил. Да такую, что я на ней человек десять потерял. И не простых «бегунков», как он, а надежных, проверенных людей. А это уже война, Святой. Серьезная война. Воевать будем? Я-то готов. Вопрос только в том, готовы ли меня поддержать остальные.

– Я поддержу, – негромко произнес Богдан.

Святой отрицательно покачал головой. Довольно быстро и ловко расправившись с салатом, он отодвинул от себя пустую тарелку и взял с общего блюда кусок бараньего шашлыка, продолжавшего томиться на медленном огне. Гремлин налил себе еще виски – он предпочитал этот напиток всем остальным.

– Войны не будет, – заявил Святой. – И вы можете отнести мои слова в банк.

– Как так? – удивился Гремлин.

– Почему? – эхом откликнулся Богдан.

Святой неторопливо прожевал кусок шашлыка и аккуратно отложил вилку с ножом. Голубые глаза слегка блеснули.

– Потому что сейчас не девяностые, – пояснил он. – Менты не дадут нам развязать кровавую баню в столице.

– Блеклому это не мешает.

– Это проблемы Блеклого.

– Пока это наши проблемы.

– Остынь, Богдан! – миролюбиво улыбнулся Святой. – И дай мне возможность объясниться. Прояви уважение, будь добр.

– Хорошо. – Четки в руках Богдана замерли. – Мы тебя слушаем.

Святой прочистил горло, но в объяснения пустился далеко не сразу. Спешить ему было некогда. Да он никогда и не спешил.

– Война никому не нужна, братва. Во-первых, это слишком накладно. Как в финансовом отношении, так и в кадровом. Зачем нам такие глобальные потери при многолетнем отлаженном бизнесе? Лично я считаю, что они ни к чему. И вы можете отнести мои слова в банк. А во-вторых… Как я уже сказал, не стоит устраивать конфликты с властями. В результате у нас есть два пути, каким образом усмирить беспредельщика Блеклого. Путь первый: сдать его. При желании менты разберутся с этой проблемой, как два пальца…

– С ментами сотрудничать – западло, – покачал головой Богдан.

– Согласен, – улыбнулся одними уголками губ Святой. – Я учел это, но оставил вариант как резервный и предпочел взять на вооружение путь второй – ликвидация. Нет Блеклого – нет проблемы. Без своего лидера и вдохновителя его люди разбегутся как крысы. Да и варить «мет» будет некому…

– Я слышал, у Блеклого есть напарник, – ввернул Гремлин.

Святой выудил сигарету из пачки и закурил. Откинув шторку, в дверях кабинки появился официант, но, оценив ситуацию, тут же ретировался. В общем зале собралось достаточно много посетителей, но гул голосов не достигал отдельного помещения.

– Есть. – Тонкая сизая струйка дыма потянулась к потолку. – Но основной варщик – сам Блеклый. Без него процесс встанет. Умрет. И вы можете отнести мои слова в банк, господа. Я успел навести справки на этот счет. И даже взял на себя смелость отдать соответствующие распоряжения…

Гремлин резко подался вперед. Сережка в его левом ухе ярко блеснула. На мгновение старик даже забыл о своем недопитом виски.

– В смысле? – Кустистые седые брови сошлись в области переносицы. – Ты уже запустил киллера, Святой?

– Да. Нужный человек взял на себя гарантии. В течение двух-трех дней с Блеклым будет покончено. Его просто не станет. И вы можете отнести мои слова в банк.

Не вынимая сигарету изо рта, Святой подцепил вилкой еще три куска шашлыка и положил их себе на тарелку.

– Мне нравится этот план, – опустив четки, одобрительно кивнул Богдан. – И Блеклый заслужил такой приговор. Мы слишком долго выстраивали в Москве нашу систему сбыта, чтобы отдать ее без боя. Это было бы несправедливо. Очень несправедливо… Но если что-то пойдет не так, Святой, войны не избежать. Ты должен понимать это.

– Я понимаю.

Гремлин долил себе виски и отставил бутылку в сторону. Озвучивать свое мнение дальновидный старик не торопился. Слишком много разборок повидал он на своем веку и не позволял себе делать выводы раньше времени.

– Все, что нам нужно, – это спокойная обстановка в столице, – резюмировал Святой. – Только при таком условии мы сможем держаться на плаву. Разве не к этому мы стремились?

И Богдан, и Гремлин согласно кивнули.

– Я разберусь. – Святой положил сигарету на краешек пепельницы. – И вы можете отнести мои слова в банк.