Стихи
вернуться

Маркиш Перец Давидович
Шрифт:

1948

У реки

Пер. С. Наровчатов

Бегут они стремглав, расплескивая воду, Визжа, и хохоча, и путая шаги, И, на берег взбежав, дробь отбивая с ходу, От холода дрожа, прекрасны и наги. На пляску их, смеясь, глядит волна речная, Вбирает их следы податливый песок, У каждой над косой блестит, не просыхая, Кувшинок водяных русалочий венок. Обсохнув в тот же миг под жгучими лучами, На мокрую траву бросаются ничком, И, медленно струясь, журча под их ступнями, Щекочет их волна знобящим холодком! Сейчас они совсем девчонки-невелички, Подняв головки вверх, опустят их опять. Девчонки дружно в такт взметнув свои косички, Ногами брызги в такт им весело взбивать. Иль реку вздумали попридержать ногами, Чтоб не ушла она, была поближе к ним?.. Взрывается их смех, звенит над берегами, Пугая сонных птиц по заводям речным. Девичий звонкий смех куда реки свежее… Тонуть в его волнах, вновь обновляясь в них… На целом свете нет мне их роднее — Смешливых, загорелых, молодых!

1948

Муза

Пер. Э. Левонтин

Раньше, позже ли было все это? Сновиденье несет, как волна. Мама вместе со мной до рассвета, Словно в детстве со мною она… Помню, как просыпалась, не зная, Сплю, дышу ль я в ночной тишине, Подбегала к постельке босая И, дрожа, наклонялась ко мне… Материнские теплые руки Нежат ласкою сердце мое, И я слушаю милые звуки — Колыбельную песню ее. Только песню догнать я не в силах, Мамин взор как туманом укрыт, Но в напевах далеких и милых Радость детства, как прежде, звучит. Буря воет порою ночною, Непостижною злобой полна… Мама!.. Мама, как прежде, со мною, Словно в детстве со мною она!

1948

Девушка с косами

Пер. А. Големба

Она прошла вперед — сразила наповал, Откинув голову, тревожная, прямая, А волосы ее неслись, как пенный вал, Шипя и шелестя и плечи заливая. Нет, не идет, летит, стремится в вышину, И разметался шарф, подхвачен ветром бодрым, — Вот оба начали веселую войну, А косы, хохоча, спускаются по бедрам. И ноги стройные захватывают в плен, Сияньем оттенив прожилки нежной кожи. Им, косам, хочется прильнуть к теплу колен И успокоиться на их душистом ложе. Вдруг ветер разметал одну и вверх занес, Все затопила блажь русоволосой вьюги, Но дернулось плечо вот волна волос Метнулась на спину, отпрянула в испуге! Как гребень солнечный прическу увенчал! Как щебень захрустел! Вот так, вот так, наверно, По тропкам ледяным в краю отвесных скал Стремительно летит трепещущая серна! Она ушла в пожар бульваров городских, Туда, где на ветру сгорает листьев груда, И я ее лица глазами не настиг, Но щедро награжден одним мгновеньем чуда!

1948

Осень

Пер. А. Ахматова

Там листья не шуршат в таинственной тревоге, А, скрючившись, легли и дремлют на ветру, Но вот один со сна поплелся по дороге, Как золотая мышь — искать свою нору. И сад не сторожат — пусть входит, кто захочет, Там вихри, холод, дождь, секущий и косой, И — никого. Печаль одна здесь слезы точит, Но вдруг жужжанье слух улавливает мой. Пчела спешит пешком по рыхлому песочку, Тяжелым обручем пчелиный сжат живот, И так она ползет чрез пень и через кочку И судорожно вдруг на голову встает, И крылышки свои вдруг задирает криво, Как зонтик сломанный, они теперь торчат, И смерть уже слышна в жужжанье торопливом… На осень тишина переезжает в сад.

1948

Твой взгляд

Пер. А. Ахматова

Э. Л.

За счастьем призрачным бродя во мгле безбрежной, Унижен, возвращусь туда, где только ты. О том, каким я стал, твой взор расскажет нежный, Мне ласково блеснув с нежданной высоты. И есть лучистый свет в твоем прекрасном взоре, Что позволяет мне не опускать глаза В тот час, когда душа свое оплачет горе И по щеке течет раскаянья слеза. Пускай гоняюсь я за призраком летучим, Все чаще и светлей мои пути к тебе, И сердце шлю тебе через моря и кручи, Хотя даю обжечь себя чужой судьбе.

1948

«Уже не в первый раз заката полосу…»

Пер. А. Големба

Э. Л.

Уже не в первый раз заката полосу Провел угасший день по тверди небосвода. Я все еще в тебе блуждаю, как в лесу: Все перепутано. Ни выхода, ни входа. Стук сердца твоего в груди своей несу Прозрачным родникам, журчанием бесследным. Я все еще в тебе блуждаю, как в лесу, Я все еще в тебе брожу, как в заповедном. Шагаю медленней… А травы пьют росу, А тени ворожат, чтоб мне с пути не сбиться! Я все еще в тебе блуждаю, как в лесу, Я все еще брожу, рискуя заблудиться. Я, от ревнивых глаз укрыв твою красу, Сам преградил тропу к тебе в просторном мире. Я все еще в тебе блуждаю, как в лесу, С минутой каждою мои шаги все шире! Окутал мрак ночной заката полосу, Вновь звезды и луна скитальца увенчали. Я все еще в тебе блуждаю, как в лесу, Чтоб к сердцу протоптать тропинку, как вначале.

Твоя слеза

Пер. А. Ахматова

Э. Л.

Твой взор меня смиряет и гнетет И голову мою к земле склоняет, Когда тоскою искривлен твой рот И дрожь, слезы в твоих глазах мерцает. Слеза, набухнув, блещет, и она Вот-вот прольется через край, крупнея, Но там не я — вина отражена, Молчит слеза, таить печаль умея. Она не падает с твоих ресниц, Но остается между век дрожащей. В ней мир выходит из своих границ, А в глубине растет зрачок блестящий.

1948

Самозабвение

Пер. А. Големба

Так как же не любить, отдав себя всего, Как отдает себя любое существо, Когда к волне морской, что к молотилке злак, Луч солнечный припал! Не загореться как, Когда трещат сверчки запечные всю ночь, А поутру бренчат цикады во всю мочь, Когда, как медь, звенит под ветром хрупкий лист И надрывается кузнечик-цимбалист, Когда гудит, как гром, живая зелень трав, И стебель говорит, как флейта, заиграв, — И травяной оркестр устал и изнемог, И кое-кто уже готов свалиться с ног, И, хоть кукушки нет у синевы морской, Сдается и она кукует день-деньской! Пусть соловьи отсель за тридевять земель, Напомнит нам о них ручья ночного трель, И каждый из певцов хрипит и глотку рвет, И каждый забежать пытается вперед! Чтоб весь простор земной, чтоб целый мир вокруг Запомнил золотой непреходящий звук! Мир полон до краев, звук льется через край: Хлынь, гомон голубой, звучи, не умирай! И море синее вливается во тьму И дремлет: счастье снов является ему, И голос все нежней, желанней и ясней, В нем зреет глубина еще невнятных дней. Так как же не любить, отдав себя всего, Как отдает себя любое существо!