– Это было красочная демонстрация силы Артем, но что это доказывает? – барон задал вопрос таким уже спокойно фирменным голосом.

– Можете сравнить эти растения, они идентичны. – Я указал на торчащий росток изо рта трупа лежащего перед ногами барона. Но вместо него к телу подскочил Булка, он осмотрел растение во рту трупа, впрочем, не стал срывать его и кивнул Барону.

Барон в свою очередь перевел взгляд на меня и начал накручивать на палец бороду с вплетенными бронзовыми и серебряными бусинами.

И я продолжил:

– Оба моих похитителя ели виноград с одной кисти. Тогда я дотянулся только до одного и прорастил в нем косточки, до второго не дотянулся – он был далеко – но запомнил их. Это те же косточки, что я видел вчера.

Я отметил, что никто не стал оспаривать мою правоту или задавать дополнительные вопросы. На мгновение воцарилась тишина, а затем улыбка просияла на лице Скипидара, будто это не его человека превратили в цветочный горшок.

Не торопясь, нарочито медленно, чтобы не вызвать никаких действий,он достал из внутреннего кармана пиджака интерфейсные очки. Затем одел их на себя и в следующий момент яркая вспышка произошла в комнате, а затем я ослеп. Ослеп, но не потерял сознание. Глаза горели, будто их выжгли паяльной лампой. Я начал тереть их руками, но на коже ощутил лишь липкую слизь: “Черт, черт черт! Неужели я ослеп? Как не вовремя! Вот, теперь бери меня тепленьким .”

Я попытался отползти, по памяти восстанавливая расстановку комнаты. Ориентируясь по смутным воспоминанием, на ощупь передвигался в дальний угол где, по моим представлениям была дверь. Услышав наполнивший VIP ложу мат и возглас, понял, что ослеп не один, а скорее всего все. Слышались мат, проклятья, затем, поочередно, с интервалом в пятнадцать секунд, я слышал булькающие хрипы. Кто-то планомерно вскрывал глотки ослепшим пиратам, как цыплятам. Все окружающее меня превратилось в аудиоспектакль, действа в котором довольно просто угадывались. Вот, Булка начал склонять слова “Гуси” и “курва” вплетая в словосочетания матные эпитеты из великого и могучего. Вот, слышатся булькающие хрипы вскрытой артерии и горла, и маты, смолкают. Вот Корзиныч пытается организовать деморализованных слепых пиратов и снова хрип… Отползая, я нащупал кого то живого, но не успев произнести и слова, получил крепкий удар в лицо. И на мгновение я оглох, слушая звон в ушах. Стоило мне более-менее очухаться, как услышал приказной бас барона.

– Артём, вскрывайся и на респаун – живо! – я впервые слышал, чтобы Янг Рог кричал и это не вселяло уверенность.

Лихорадочно соображая я искал предмет которым можно совершить акт суицида, однако, как назло ничего не попадалось. В бессилии я выругался и нащупав угол столешницы с размаху приложился об него головой…

Адская боль, горячая струйка крови из рассеченного лба и бар хитпоинтов опустевший на треть, вот чего я добился за один удар. Более менее очухавшись, услышал голос Скипидара, явно матерящегося на шипящем польском и в этот момент в шею дважды кольнуло.

– Нет, курва, убиться я тебе не дам, ты и так обходишься мне слишком дорого. Подожди, я почти закончил, – голос Скипидара над ухом привел меня в чувство. Я ощущал его дыхание.

– Сука! – только и выдавил из себя, на что Скипидар засмеялся.

Глаза снова обожгло огнем, но моргая заметил, что начинаю видеть свет. Сначала появился интерфейс, и я кликнул на пиктограмму “Запись реплея”. В глазах была непроглядная пелена, но всё же это не слепота, которая была пару минут назад. Через еще несколько секунд зрение более-менее восстановилась, хоть и не было стопроцентно четким. А вот тело было парализованным. Твою мать, теперь я был словно тряпичная кукла. Теперь понял свою диспозиции. Сейчас я сидел в самом углу комнаты и видел всё, что теперь представляла VIP ложа. На полу лежали тела с перерезанными глотками, Бишкек тыкался головой в стену пытаясь найти дверь. Я хотел было окликнуть его, но всё, что я мог-это лишь вращать глазами и дышать. Но когда Бишкек повернул лицо ко мне я вздрогнул , его глазницы были пустыми и из них вытекала бурая жижа. Приглядевшись ко всем остальным я понял, что это произошло со всеми. Со всеми кроме Скипидара?! Даже барон сидел с пустыми глазницами, нащупывая пространство вокруг себя, не слезая с трона. Единственным, кто выглядел живым и невредимым был Скипидар. Сейчас он убивал остальных слепых пиратов. Да, кажется что-то мурлыкал себе под нос , его настроение было приподнятым. Орудовал он маленьким ножом, видимо взятым из-за барной стойки. Бармена тоже не было на месте, надо полагать, его труп лежит у рабочего места. Неписей жалко. Они ведь не воскресают на точке Возрождения.

Когда Скипидар закончил, в живых остались только он сам, с барным ножом для фруктов в руке, Янг Рог, сжимавший в руках трость и озиравшийся по сторонам пустыми глазницами, Бишкек, прижавшийся спиной к стене и державший перед собой розочку, и я представляющий из себя безвольную куклу.

Бишкека за кожаным диваном Скипидар не заметил, или попросту проигнорировал, направился теперь прямиком к барону. Он оставил Янг Рога на сладкое и решил прикончить последним.

– Вот видишь, Егор, как все нехорошо вышло. Теперь будет война. Война из-за твоей упертости. Нужно быть гибким. – произнес Скипидар, глядя на беспомощно озирающегося и видимо принявшего свою участь Янг Рога.

– Делай что задумал, Небесный, теперь все Гуси в черном списке. Шакал. – сквозь зубы процедил барон и плюнул на звук голоса Скипидара.

Плевок вышел удачным: он попал на сапог, однако это ничуть не разозлило поляка.

– Ну зачем, зачем вспоминать старые прозвища? Я понимаю что ты пытаешься этим злить меня, провоцируя на пытки. Хочешь потянуть время? Увы, в другой раз, а сейчас попрощайся с дендроидом. Я его забираю. Он и так стоил мне целое состояние! – после этих слов он отвел руку в замахе и сделал последний шаг к барону для удара.

Что произошло дальше я смог понять позже, пересматривая запись реплея.

До этого злой, но деморализованный барон теребивший в руках трость, сделал ею выпад метя набалдашником-рукой в шею Скипидара. Рука на трости ожила, схватила за горло польского барона пиратов, начала его душить. Сам же барон снова расположился по-хозяйски в кресле, закинул ногу на ногу, взял в руку бокал с коньяком и начал наблюдать пустыми глазницами как жертва, задыхаясь, пытается оторвать от своей шеи душившую его руку Аргоса.