Он прошёл в комнату, и встал, прислонившись спиной к стене. Шип в схожей позе прислонился к другой стене, а Андерс рухнул на кровать, не задумываясь о сексуальных извращениях, которые, несомненно, совершались на ней прежде. Генри встала посреди комнаты, и закрыв шляпой лицо, Бен рухнул на стул и вытянулся, шумно зевнув, а Рилли зашагала по комнате, словно зверь в клетке, поджидающий шанса освободиться.

– Ну так вот, есть причина, по которой мы здесь. И вовсе не затем, чтобы посмотреть, в какой жопе тут живут некоторые. Генри и Андерс уже знают – похоже, у нас есть ещё один след Кессика.

На комнату опустилось молчание, члены команды Шипа обменивались выразительными взглядами, а Танкуил тяжело вздохнул про себя. Судьба, быть может, и забыла о его существовании, но это не избавило её от ироничности. Он целенаправленно уклонялся от своих обязанностей и данных ему приказов, чтобы явиться сюда в погоне за Джеззет, и вот теперь он уже знал, чем окончится эта беседа.

– Вы охотитесь на Кессика, – сказал Танкуил, специально не задавая вопрос.

– Ага, – сказал Чёрный Шип. – И охотились всё время с тех пор, как я сбежал от Инквизиции. По правде говоря, я думал, что он убил пару моих друзей. А терь, оказывается, они оба до сих пор живы, и по меньшей мере один из них ебётся с Моррассом. Он мог бы и упомянуть об этом в прошлый раз, как я его видел.

– Она не…

– Да не в том дело. Тот ублюдок вырвал мой глаз, и я собираюсь отплатить за это. А ещё я в прошлом заключил сделку. Всё ещё хочу выполнить свою часть, если ты всё ещё готов выполнить свою.

– Мою часть сделки… – повторил Танкуил.

– Я убиваю Кессика, – сказал Чёрный Шип, уставившись одним взглядом на Танкуила, – а ты обеспечиваешь мне помилование. Мне не очень-то нравятся арбитры, которые на меня охотятся.

– Ты же никогда… Нет никаких арбитров, охотящихся на тебя.

– Да ну? Скажи эт тому, который убил папашу Рилли и брата Бена. Потому как тот ублюдок охотился за мной, эт точно. Не хотелось бы, чтоб ещё кого послали.

Танкуил кивнул.

– Хорошо, – продолжил Шип. – Человека, который знает, где Кессик, зовут Карлстон Барроу, и так уж вышло, что и с этим хуилой у нас есть незаконченное дельце. А терь мы собирались устроить ему суровый сеанс продолжительных пыток. Думаю, Генри уж предвкушала, хотя я точно знаю, что Сузке пытки не очень-то нравятся.

Здоровяк у двери торжественно кивнул.

– Слишком много их повидал в своей жизни.

Бен Шесть Городов наклонился вперёд на стуле, потирая руки и широко ухмыляясь.

– О, жду не дождусь грязных подробностей из прошлого Сузку. Так сколько раз ты видел пытки?

Сузку пожал плечами.

– Один.

– Это уже неважно, – продолжил Шип. – Смотрю, ты, Танкуил, нынче явно не прочь позадавать вопросы, так что лучше тебе вести допрос. Используй это своё принуждение на благо.

– Погоди, – крикнула Рилли. – Мы чё, терь работаем на арбитра?

– Эт арбитр работает на нас, – крикнул в ответ Шип.

Танкуил фыркнул.

– Арбитр работает с вами.

– Та же херня, Танкуил.

– Не-е, – Рилли всё ещё кричала. – Я им не верю, и те не советую. Эти бляди пытались убить тебя. Убили моего папаню. Да многих поубивали.

– Рилли, заткнись, а? – сказал Шип, и в его голосе появились командные нотки. – Потому как коль не заткнёшься, чёрт, я…

– Ну чё? – спросила Рилли. – Ты меня не ударишь!

– Я бил девок и помоложе и покрасивей, и которые заслуживали этого намного меньше.

Танкуил взглянул на девушку. Тонкие черты её лица никак не вязались с её осанкой, позой и внешним видом. Ярко-рыжие волосы безумно пострижены на разную длину, серьги в носу, в ушах и в губах, чернильные каракули на основании шеи, исчезающие под воротом мешковатой куртки. А ещё она материлась больше всех женщин, кого он когда-либо встречал, а ведь Танкуил больше года прожил с Джеззет.

Она фыркнула.

– Блядь, папаша никогда меня не бил. И ты не станешь.

– Папаше твоему надо было отхуячить тя ремнём по жопе. Может, научило б хорошим манерам.

Рилли насмешливо посмотрела на Шипа.

– А с чего ты взял, что он этого не делал?

Чёрный Шип застонал и покачал головой:

– Генри.

Маленькая женщина повернулась, и Танкуил увидел под шляпой ухмылку. Она тихо подошла к Рилли, развела руки, и Рилли отпрянула, забыв гнев и храбрость.

– Ладно, – сказала Рилли, ткнувшись в дальнюю стену. – Ладно. Хватит.