Дракон прикрылся от молнии лапой, никак не предполагая, что маленькая букашка вовсе не ужалит его, а вгрызется всем накопившимся страхом, яростью и силой. Огромные пальцы-когти отколовшимися горными булыжниками падали на дирижабль, а Томас зайцем вилял между ними.

Корнев, крутанув меч и взяв его обратным хватом, запрыгнул на невредимую лапу твари. Он вонзил в неё клинок и, подтянувшись, побежал выше. Чешуя оказалась хорошим упором для ног, а оружие служило замечательным подспорьем.

С каждым новым шагом, Корнев оставлял за спиной очередную алую арку и из нового пореза проливалась драконья кровь. Тот рычал и извивался, но цель была слишком мала.

Может Томас не был героем. Не был достаточно сильным магом, но с мечом в руках... Пока у него был меч, Корнев не боялся никого и ничего. Даже демона, жившего внутри него.

Он знал, что победит!

Пластина, прикрывавшая сердца дракона, была уже так близко.

Всего один шаг, одно последнее движение, и может быть следующая песня спасенной девушки будет о нем.

Дракон рыкнул в последний раз и оттолкнулся от дирижабля.

Свист ветра пробивался даже сквозь наушники. Белый покров облаков стремительно приближался, а подыхающий от ран монстр решил, что не умрет в одиночку. С собой он забрал маленькую букашку, с самого начала портившую ему охоту.

Томас падал вместе с поверженным им врагом. Он летел на встречу облакам, не чувствуя ничего кроме ярости. Он не собирался умирать так глупо. Он вообще не собирался умирать!

Мозг отчаянно пытался найти хоть какой-то способ спасения. Но реальность была такова - он летел с огромной высоты в компании пока не совсем мертвого дракона. И если последний еще хоть как-то мог...

Безумная идея пронеслась в сознании мага.

Ленточные драконы не умели летать, потому что у них не было крыльев. В воздух их поднимала одна из жемчужин.

Томас, преодолевая сопротивление воздуха, вонзил клинок в тело твари и выпрямился. Он увидел то, что искал. Волшебная, розовая сфера, удерживаемая чешуйками, находилась всего в паре метров от него. Возможное спасение было так близко.

Томас потянулся к ней, как внезапно что-то схватило его за пояс и сильно дернуло.

Полет-падение прекратился. Корнев завис в воздухе, покачиваясь, как недавно спасенная им леди.

Испытывая ощущения де-жавю, он развернулся, чтобы увидеть... Нет, не воздушное судно, а чертову небесную крепость. По габаритам это нечто в два раза превосходило пассажирский аналог.

Ощерившаяся стройными рядами орудий “люлька”, больше напоминала линкор. И даже отсюда, вися едва ли не в километре под ней, Томас услышал выкрик на неизвестном ему языке.

Наверное, он означал - “Залп!”.

Томаса медленно поднимали наверх, пока вокруг падали синие шаровые молнии, превращая дракона в алое месиво. От количества крови покраснели облака и полился алый дождь.

Корнев же, убрав меч, поглаживал рунические кольцо и размышлял на тему, сколько могла стоит такая жемчужинка.

Сто тысяч?!

Ха!

Скорее пол миллиона.

– Боже, - взмолился Корнев.
– как же я, ненавижу, блин, фейри.

Три дня спустя

Томас ехал от порта в сторону бесчисленных небоскребов Маэрс-сити. Город с населением в тридцать миллионов существ рос не только в ширь, но и вверх. Высоток здесь было больше, чем на фотокарточке Манхеттена. Джунгли из стекла, хрома и асфальта.

Обдуваемый прохладным, ночным бризом, томас уверенно держался на своем драгоценном байке.

Тот словно по-волшебству уцелел в недавней заварушке, успевшей за эти дни стать одной из главных тем для обсуждения в сети. На самом деле, не так часто, даже очень редко - драконы обрушивали дирижабли.

Да, увы, борт пришлось оставить. Благо, пока тот падал, Фейри успели забрать с него не только людей, но и опустошили большую часть грузового отсека. Но ненависть Корнева по отношению к ним не уменьшилась на ни йоту.

Особенно после того, как капитан - какой-то там весьма именитый сидхе, приписал все заслуги себе. Нет, Томас был даже рад остаться в тени, но хоть могли бы и пару кредитов на лечение подбросить...

Что же до спасенных, то как это часто бывает, большинство из них не знало своего настоящего спасителя. За три дня, проведенных в еще более тесной каюте чем ранее, Томаса навещали лишь дважды.

Старый старпом зачем-то оставил на столе после своего ухода офицерский под сигар. Хотя, может он был слишком пьян, чтобы про него вспомнить. Как и Томас, чтобы догнать и вернуть.