— Менее приемлемо? — спросила Аврора. — Вы заперли меня, как заключённую! Я лишь прогулялась!

— Лишь прогулялась! Ты могла всё испортить! — пальцы королевы побелели. — Я говорила, что мир опасен. Я говорила, что всё опасно! Как ты думаешь, ради своего удовольствия?! Я закрыла эту дверь для защиты, а ты её взломала, и это ничего не значит, кроме того, что ты знаешь лучше…

Хуже всего было то, что королева оказалась права. Аврора бежала из замка, и первым человеком, которого она встретила, был мятежник. Парень, который собирался убить мужа Айрис, который хотел завербовать её. Желудок скрутило от чувства вины.

— Простите… Но…

— Но?! — королева изогнула брови. — Ты должна молить меня о прощении, Аврора, а не вновь противоречить! Ты слишком наглая. Упрямый, испорченный ум, а у нас нет ни времени, ни места для твоих ошибок!

Аврора упёрла руки в бока. Сначала Тристан, теперь королева говорила так, словно у неё не было своего мнения.

— Если вы так плохо обо мне думаете, зачем меня держать? Может, похитить меня удобнее, так зачем трястись?!

Королева нахмурилась, словно и вправду задумалась над этим вопросом.

— Я не думаю о тебе плохо, — сказала она. — Но ты о многом не знаешь. Презирай меня — но это правда, — она будто от боли закрыла глаза. — Я знаю, ты считаешь, что я злая женщина, заставляющая тебя подчиняться своим капризам, — когда она вновь открыла глаза, она выглядела усталой, на лице было видно оттенок неприязни. — Но у нас нет выбора. Ты должна слушаться меня, или пострадаешь. Все пострадают. Бога ради, Аврора!.. — её рука упала на стол. — Улыбки и реверансы. Люди сделают остальное. Разве это так трудно?

— Вы спрашиваете, почему так трудно притворяться будто бы все хорошо? Просто улыбаться, как пустышка? Вы даже не понимаете, о чём речь!

— Я не понимаю, о чём речь?! — смех королевы походил на звук бьющегося стекла. — Я живу дольше тебя. Потерять семью? Быть вдали от дома? Я знаю, что это, Аврора, так что не строй из себя страдалицу передо мной. Жизнь тяжела. Мы не получаем того, что хотим. Мы не можем быть с теми, с кем хотим. И все время надо что-то делать. Думаешь, в этом мире кому-то есть до тебя дело? — королева почти горела от возмущения, и её обычная вежливая улыбка и холодность вмиг испарились. — Я всегда была последней в этом вопросе. Но люди хотят тебя любить. Так позволь им.

— Я не просила об этом, — Аврора чувствовала себя глупо — она даже говорить не могла, не то что перестать подчиняться. — И не хотела этого.

— А я не просила быть королевой, — промолвила Айрис. — Я не просила их ненавидеть меня, и тебя тоже. Но мы тут.

— Они ненавидят тебя?

— Я из Фалрича. Конечно, они меня ненавидят. Но тише. Впервые за годы у людей появилась надежда. Ты хочешь её уничтожить? Хочешь, чтобы Родрика растерзали на улицах? Говорю тебе, Аврора, люди слишком долго страдали. И если ты не…

— Они хотят слишком многого, я не могу!..

— Ну, — Королева холодно улыбнулась, поджав губы, — лучше отдать всё, правда?

Аврора повернулась к окну. Если бы всё было так страшно, как утверждал Тристан, у неё не было бы сомнений в том, что люди нуждаются в помощи. Так или иначе.

— К счастью, — продолжила королева, — никто не знает о твоём уходе, ни Родрик, ни Джон. Это между нами, Аврора. Я даю тебе шанс.

Аврора знала, что должна хотя бы поблагодарить королеву за это, но слова не шли к ней в голову. Ей было так тяжело и странно одиноко.

— Горничная будет наказана за то, что оставила тебя.

Бетси? Но она лишь смотрела за Авророй. Королева не могла наказать Бетси.

— Но это не её вина…

— Ты права. Но я ведь не могу наказать тебя, — она поставила стакан на стол и встала. — Наказание не будет слишком строгим. Но если хочешь, чтобы она была в безопасности, не твори безрассудства. Поняла?

— Да, — Аврора едва смогла выговорить это.

— С этого момента личный стражник будет караулить под дверью. Ты не уйдёшь никуда без него. Ты должна понять, что у твоего следующего непослушания будут последствия. Я ясно выразилась?

Аврора заставила себя посмотреть ей в глаза.

— Да, Ваше Величество, — сказала она.

— Доброе утро, принцесса, — Бетси смотрела в пол, проскользнув в комнату. Её волосы были собраны в небрежный пучок, а обычно румяная кожа покрыта пятнами. — Извините, я опоздала.

— Бетси, — Аврора поспешила к ней, — мне очень жаль.

— Нет необходимости извиняться передо мной, принцесса, — промолвила Бетси ровным голосом. — Я лишь служанка.