Шрифт:
В следующую секунду я подобрал шары… И меня накрыло.
Это было так, будто стоишь на берегу, а тебя захлестывает гигантское цунами. Едва я взял в руки шарики, на меня обрушились все звуки, запахи и краски мира… этого? Другого? Все вокруг невероятно замедлилось. Я увидел светящиеся тонкие линии, которые пронизывали улицу, прохожих, двигавшихся будто бы в вязком тягучем растворе, сувенирные лавки, мужчину, застывшего у поверженного мной «топтуна». Почему-то захотелось смеяться, и я еле удерживался, чтобы не захохотать от внезапной всесокрушающей — нет, всесозидающей! — эйфории, а в следующий момент понял, что не могу больше плавать мухой в сиропе — надо двигаться, ведь проходящие сквозь меня линии ощутимо давили на все тело, и вот волна уже понесла куда-то вперед и вверх, унося меня все дальше и выше. Я скользил по ней, как опытный серфингист, поднимался над улицей с муравьями-людьми, над высотками Пекина, над облаками, над поверхностью планеты, и приветливо помахал рукой пронесшемуся где-то внизу самолету. Точнее, самому себе, ведь я сам уже сидел в салоне воздушного лайнера, озадаченно рассматривая шары, успев протереть их платочком, стирая свои отпечатки. Я подумал, не прикоснуться ли к ним снова? И знал, что прикоснусь, ведь я трогал их раньше, но забыл, забыл, забыл об этом моменте, когда меня унесло вперед и вверх, когда я ощущал себя пробкой от бутылки шампанского, которую зашвырнуло в стратосферу и даже выше. Но понимание придет позже, а прямо сейчас гигантский шар Солнца обжег меня, и в груди вспыхнула отрезвляющая боль. Поначалу я даже не обратил на нее внимания, потому что знал: все будет хорошо, я успею на свой рейс и выполню задание, и нет никаких тайн.
Спросите у меня о чем угодно, я отвечу, потому что все просто в этой иллюзии, а реальность вот здесь: седой как лунь старец из племени Детей Моря учит меня древнему языку у подножия гигантской башни. Я повторяю за ним слова, и он объясняет мне, что все сущее рождается из противоборства птицы Нао и великого змея Шэн, несущего на себе все миры. Мы идем по дворцовым покоям, и позади полыхает пожар, позади — мертвые императорские гвардейцы, впереди в сокровищнице — предмет силы и новая игрушка владыки, и ее надо забрать, потому что не надо нам никакого Бессмертного Императора, и чтобы его не было, приходится убивать и заключать дьявольские союзы, а я готов договариваться с кем угодно, чтобы только не было его, неуязвимого и живущего вечно властелина. Потом я закричал, поскольку вокруг не осталось ничего, кроме боли и ослепительного света, на смену которому пришла прохлада, словно кто-то лил на меня ледяную воду, и я уже захлебывался и синел от холода, но этот кто-то продолжал и продолжал, ведь он пришел спросить меня о Лаиле, а потом был другой, и тоже все время что-то спрашивал, и я сходил с ума от бессилия, потому что тот, кто вел допрос, ничего не понимал, не способен был понять даже простейшие слова, не умел спрашивать, а возиться с ним было все равно что объяснять насекомому принципы высшей математики…
Теперь я вижу будущее. Я отчетливо читаю его следы в настоящем, как охотник, идущий за раненым зверем.
Ведь это именно я тогда обнаружил Локус-1.
— Вспоминай! — кричит на меня З., в то время как я медитативно разглядываю блик света на его лысине. — Левая или правая рука? Дракон или феникс? Это очень важно!
Я сижу напротив него. Мои обожженные руки замотаны в бинты. Я уже не разведчик. Я сотрудник проекта «Лаокоон». Ясень пень, особо секретного. Настолько, что официально меня вообще нет в живых.
Пару дней назад мне удалось побывать в том месте, которое позже назовут Локусом-1. И крики полковника сейчас — мне до лампочки. Ага, до той самой, отсвет которой я вижу на его блестящей во всех смыслах голове.
Руки болят зверски.
З. недоволен тем, что я не могу объяснить, КАК у меня выходит предвидеть будущее. Он думает, что это момент сугубо инструментальный: нажал на кнопку и получил результат. Воспользовался артефактом — и из кувшина вылез услужливый джинн. Вошел в транс и прогулялся по подземелью в астрале, разрубая рычащих уродливых тварей огненным мечом — и вуаля. Проси чего хочешь, и будет дано тебе.
Не стану его разочаровывать. Да и зачем? Скоро я найду Локус-2, и мои способности возрастут.
…Если бы вы только видели, как прекрасны шумлалу ранней весной, как стремительно и чертовски красиво скользят Дети Моря под исполинскими сиппату на свою первую в жизни охоту, как разжигают в свете двух лун огромный костер на праздник Бел-Аги у подножия Великой Башни, чтобы подростки прошли испытание огнем и стали воинами…
Впрочем, на все эти локусы-шмокусы полковнику насрать. Эффективность проекта «Лаокоон» — вот что для него главное. Мои внетелесные путешествия ему интересны лишь как инструмент для добычи предсказаний.
Я теперь вроде как штатный колдун и пророк в одном лице. А наш бравый полковник — не просто полковник. Фактически, он генеральный конструктор будущего в отдельно взятой стране. З. даже успел пропихнуть своего человека в правительство, ловко распорядившись полученной от меня информацией.
— Важно не это, — спокойно и терпеливо, как маленькому ребенку, объясняю я ему. — А то, что есть артефакты, которые существуют во всех слоях реальности. И есть некие реперные точки, по которым можно отслеживать варианты будущего. Например, строительство башни в Москве. Неудачный запуск межпланетной космической станции. Олимпиада в Сочи. Приморский инцидент.
— Строительство башни?
— Именно. Я советую обращать внимание на башни и все происшествия с ними. Любая исполинская башня — не просто метафизический символ грядущего, но и его своеобразная проекция. Якорь. Разрушить башню — значит, лишить будущего тот народ, кто ее возвел. Естественно, на уровне тонких материй.
З. глядит на меня исподлобья, недоверчиво. Манера у него такая. Многих это нервирует.
Но не меня.
Тогда, в тот день, я не стал раскрывать перед полковником все карты. И про падение башен-близнецов он узнает вместе со всеми, в прямом эфире @CNN. Главное, не забыть своевременно предупредить его о войне в Ираке, чтобы наши успели вывезти оттуда манускрипт, который позволит пробиться на Локус-2.
И который определит все.
Вообще, до жути, до колик в печенках надоело, что любой стоящий проект в нашей стране неизбежно накрывается медным тазом. Рано или поздно во главе его встает эффективный менеджер или, что еще хуже, эффективный кризисный менеджер, и карета превращается в тыкву.
Такая же участь ждет «Лаокоон». Попилят все, что можно попилить. Расставят своих людей на ключевые посты. Наберут новых шаманов. И сконструируют такое будущее, что треть страны будет спиваться, треть — сидеть по тюрьмам, а треть — горбатиться, чтобы накопить хоть немного и свалить отсюда к чертовой матери.