В сером небе над Невой кружили черные точки. Это были рамфоринхи и птеродактили. Внезапно ящеры развернулись и полетели к набережной.

— Идем быстрее! — приказал полковник сопровождающим его милиционерам.

Они побежали по бетонному склону к операторской. Ящеры построились клином и прибавили скорость. Крицкий обернулся и увидел, что роботы летят прямо на него.

— Стреляйте! — крикнул полковник омоновцам.

Припадая вперед, он побежал по склону набережной. У него за спиной короткими очередями ударили автоматы.

Бойцы прикрывали полковника. Над ними кружили три механических ящера. Пули сбили пластмассовую оболочку с тел рамфоринхов и птеродактилей, но стальные скелеты ящеров остались невредимы и продолжали с гудением кружить над омоновцами. Двухметровый рамфоринх ударил железным клювом одного из омоновцев и сбил его на землю. Второй милиционер выпустил длинную очередь в голову этого ящера. Череп ящера развалился пополам, брызнули стеклянными осколками объективы видеокамер. Ослепленный рамфоринх упал и волчком закрутился на земле. Второй ящер выбрал момент и спикировал на омоновца сзади. Стальной клюв угодил милиционеру в затылок, и он как подкошенный рухнул на землю.

Третий ящер выбрал своей целью Крицкого. Полковник бежал по самой кромке воды. Ящер налетел на него сзади. От сильного толчка полковник упал в воду. Подняться он не смог. Мешала острая боль в ноге.

— Помогите кто-нибудь! — закричал Крицкий.

Он пополз, отталкиваясь здоровой ногой. Рамфоринх приземлился и, шаркая по бетону распластанными крыльями, наступал на Крицкого. Полковник выхватил табельный пистолет и несколько раз выстрелил в робота. Пули разбили пластмассовую морду ящера. На Крицкого уставились выпуклые глаза-линзы механического чудовища. Пистолет в руке полковника щелкнул, выстрелив последний патрон. Рамфоринх полз на Крицкого. Перед лицом полковника с лязгом щелкал металлический клюв. Прицельный взгляд объективов с красным отливом не предвещал ничего хорошего.

— Нет! — закричал Крицкий.

Он метнул в ящера опустевший пистолет. Рамфоринх качнул головой, будто не одобряя действий полковника, и с размаху вонзил клюв в лоб Крицкому. Полковник коротко ойкнул и замер. Ящер выдернул клюв из головы Крицкого и равнодушно оглядел набережную. Он выполнил свою программу и мог больше не торопиться. От оцепления на помощь полковнику спешили несколько милиционеров. Они открыли ураганный огонь. Пули защелкали, рикошетируя от парапета и бетонного склона набережной. Рамфоринх разбежался и, сильно взмахнув крыльями, взмыл в воздух. Установив радиосвязь между собой и «Большим Братом», ящеры полетели к Петропавловской крепости.

В дверь кабинета губернатора постучали. Вошел референт и доложил:

— Принесли фигуру.

— Какую фигуру? — спросил Нильский, уставясь мутным взглядом на референта.

— Товарища Сталина. Фигура из музея. Она говорящая…

Нильскому показалось, что он так и не вышел из недавнего наваждения. Он бросил взгляд на книжный шкаф. Золотой шлем лежал на прежнем месте.

— Откуда эта фигура?

— Вождь сам просится к вам… — замялся референт.

— Что?

— Сейчас сами все увидите, — референт обернулся и махнул кому-то рукой.

Распахнулись обе половинки двери, и на рекламном щите в кабинет внесли воскового генералиссимуса. Желтые глаза товарища Сталина сразу уставились за Нильского.

— Здравствуйте, товарищ Нильский, — произнес вождь с характерным акцентом и, обернувшись к стоящим в дверях референту и носильщикам, добавил:

— Оставьте нас наедине с товарищем Нильским.

Тяжелые двери тут же закрылись.

— Здравствуйте, товарищ Сталин, — смущенно пролепетал Нильский.

— До меня дошли сведения, что у вас возникли большие проблемы. Что происходит в городе Ленинграде?

— Смута. В городе массовые беспорядки, — коротко ответил Нильский.

— Очень плохо, товарищ Нильский. Ленинград всегда был городом образцовой культуры. И тем более стыдно, товарищ Нильский, что все это безобразие происходит в городе, являющемся колыбелью нашей революции и носящем светлое имя вождя мирового пролетариата.

Нильский хотел было возразить, что городу Ленинграду возвращено его историческое название, но, столкнувшись со взором сталинских глаз, промолчал.

— Какие меры думаете вы предпринять для наведения порядка? — спросил товарищ Сталин.

— В городе развертывается дивизия внутренних войск. Из городов области выдвинулись отряды ОМОНа, — оправдываясь перед вождем, пробормотал Нильский.

— Это хорошо, товарищ Нильский. Но считаете ли вы эти меры достаточными?

— По последним сведениям беспорядки идут на убыль. У нас тут еще наводнение. Метро затопило…

— Я видел, как идут на убыль ваши беспорядки. Меня несла толпа. Мне показалось, эти люди не совсем здоровы. Я попросил о встрече с руководством города, и меня принесли сюда. Теперь я вижу, вы совершенно не контролируете обстановку во вверенном вам городе.