Но роковая дама осталась непреклонна. Никакие мольбы и просьбы не могли ее тронуть. Она пришла на землю убивать и жалить. Молния вылетела из руки призрака и вонзилась в голову сержанту. Гришин умер мгновенно. На лбу у него смерть оставила свою печать — черное обугленное пятно. Когда с людьми, попытавшимися вмешаться в дела смерти, было покончено, незнакомка с тихим электрическим шорохом растворилась в воздухе.

Передатчик продолжал посылать управляющие сигналы динозаврам, бредущим по улицам Санкт-Петербурга.

Милицейская «шестерка» вернулась к дому Васильева. У Прыгуновых дома никого не оказалось. Соседи пояснили, что Левин отец уже ушел на работу, а Левиной матери не стало два года назад. Сам Лева был неизвестно где. Это очень опечалило Сумскова и его друзей. Из активных тестеров остались только двое: Дмитрий Васильев и Лев Прыгунов. Скарж и Фриз были контужены и напуганы и, по мнению Бафомета, навсегда выведены из игры. Поэтому ехать к ним домой в другие районы города, не имело смысла. «Шестерка» заняла выжидательную позицию напротив подъезда дома Васильева.

«Сучка уже нажаловалась мужу, что ее обидели. Подождем, когда он прибежит утирать ей сопли», — подумал Сумсков. Его мысли услышали «дружинники» и согласно кивнули головами.

В голове Сумскова звучал голос ящера. Сумсков узнал много такого, во что никогда не решился бы поверить. Весь мир, все люди казались ему обманутыми несчастными существами. Они были настолько погружены в свою непроходимую глупость и предрассудки, что их даже стало жалко. Сумсков жил предвосхищением великого дня. Скоро будут сброшены маски, и миру будет явлен его подлинный бог и царь. Ждать оставалось недолго. И хотя основное действо разворачивалось сейчас в центре города, на Сумскова и его помощников была возложена особая миссия. Они должны были вырвать у тестеров ключ к остановленному времени и освободить Бафомета из заточения. Сумсков и его подручные ощущали, как их наполняет великая сила. Лживый бог христиан умер, а значит, стало возможно все. Новый бог разрешал все, на что имели право сильные и смелые.

От нечего делать Сумсков пялился на проходящих женщин. Перед его взором возникла картина того, что юнцы вытворяли с женой Васильева. Сексуальный аппетит Сумскова разгорелся. Он тоже был не прочь поймать за задницу кого-нибудь из проходящих телок и затащить в какой-нибудь угол. Его юные оруженосцы с удовольствием помогли бы ему в этом. Взять хотя бы ту молоденькую в куртке с капюшоном. Какая славная фигурка! Но обычный секс Сумскова не возбуждал. Гораздо интереснее было то, что подразумевалось под термином BDSM. Сумскову нравилось подчинять других. И сексуальное подчинение было ему особенно приятно. Почти все необходимое было у него в наличии: и наручники, и ремни, а остальное пришло бы по мере пробуждения фантазии.

От сладких грез Сумскова отвлек гогот с заднего сиденья. Юнцы обсуждали сцену в квартире Васильева.

Сумсков обернулся:

— Да заткнитесь вы, идиоты! Вдруг кто услышит!

— Над Борой угораем! Он никогда баб не трахал! Правда, Бора?

Бора сидел надутый и гордый тем, что его маленькому кончику удалось побывать внутри женского тела. Он кончил, когда его стаскивали с этой бабы. От такого неожиданного финала брызги спермы упали на его брюки и засохли белесыми пятнами.

— А вон ту телку не хотите? — Сумсков показал глазами на девушку, удаляющуюся по проспекту.

— А ты хочешь? — навострил уши прыщавый.

— Можно немного развлечься. Но надо все сделать быстро, тихо и незаметно.

— Кого ты боишься? Эти твари скоро будут кланяться нам!

— Пока они могут помешать. Надо быть осторожным. У нас важное задание.

— Ангела свалили, скоро пойдут штурмовать квалы. Город наш!

— Еще крепость с главным квалом, — возразил Сумсков.

— Все сокрушим, кресты сбросим. Воскресшего с этим народом не будет.

— Лучше бы его вообще не было.

— Он больше не войдет в этот мир.

Сумсков посмотрел на часы.

— В машину телку не надо. Скоро вернется сержант. Найдите подъезд или подсобку. У нас есть сорок минут.

— Ты в форме, так что пока не вылазь. Дай только браслеты.

Сумсков понял, что «отроки» угадали его мысли. В том мире, частью которого они недавно стали, действовал простой принцип: бери, что хочешь. Главное — это твои желания, а желания не должны иметь никаких навязанных извне ограничений. К чему все страдания и муки по поводу осознания грехов, когда само понятие греха уничтожил твой новый бог.

Сумсков достал наручники и протянул щуплому.

— Главное, чтобы Бора не обтрухался, когда телку тащить будем. Ох, и мороки с ним! — сказал щуплый.

— Молчи, заморыш! — окрысился Бора. — Это мне Князь сказал, чтобы я вас взял. Я был у него первым!

— Не бзди, толстый! Мы все были там. И мы все служим ему.

— Кончайте! Времени мало. Корпорация закрылась, не ровен час явится клиент. Телку факаем быстро и извращенно. Затем махом обратно, — сказал прыщавый.

— Ладно, пошли, — щуплый открыл дверцу.