И он вышел раньше, чем я успела хоть что – то сказать.

– Что с лицом? – Лида изготовилась к допросу с пристрастием.

– Об стол стукнулась. Куча бумаг свалились, а я полезла их доставать и вот.

– Если это Шаурин, я его сама прибью, – Лида осмотрела мою скулу, а потом, полазив в бездонных кухонных шкафах, извлекла чудо – мазь, «разгоняющую синяки».

Когда она принялась осторожно ее втирать, я второй раз за день ощутила себя ребенком. Так хотелось ей рассказать хоть немного о Диме и о том, что я сейчас умираю от страха.

– Лид, я, кажется, влюбилась, – прошептала я, опустив глаза, – и это не так, как было с Андреем. Это не симпатия, не флирт, а…, – я всхлипнула, – а он уехал, и я не знаю, когда вернется.

Слезы полились сильнее и, через секунду, я рыдала в Лидиных объятиях. Я оплакивала то, что я не агент и не могу быть с ним рядом, не могу даже узнать, что он делает и насколько опасна миссия, не знаю, когда он вернется…

Лида уложила меня спать, напоив предварительно валерьянкой. Она сидела возле моей кровати до тех пор, пока, как ей казалось, я не уснула. Что ж, в эту ночь мне явно не уснуть, притворяться спящей теперь легко, а Лиде завтра в ее издательство.

Периодически, включая экран своего Айфона я, чтоб хоть немного отвлечься, вспоминала о начале…

Январь 2014. Начало.

– А потом она так важно говорит: «Я должна сделать тебе замечание: на стаканах были пятна. У тебя же должно все быть готово, следи за этим».

– Брось ту уже эту работу, это ж дебилизм. Ты умная и достойна большего, – Андрей поцеловал меня.

– А иногда мне кажется иначе, я забываю элементарные вещи.

– Просто ты не относишься серьезно ко всяким глупостям и это не твоя вина. Ты ж адекватный человек и я волнуюсь, как на тебя повлияет окружение идиоток.

Я засмеялась и шутливо толкнула его в бок. Снега было столько, что хотелось в него упасть и кататься до тех пор, пока пуховик насквозь не промокнет, но я ведь уже взрослая, мне не пристало дурачиться и я на свидании с крутым парнем.

Мы шли по бесконечной парковке «Арена – Сити», и я отчаянно пыталась удержаться на шпильках. Визг шин заставил нас обернуться…

– Твою мать, – Андрей оттолкнул меня и, выхватив пистолет, открыл огонь.

Но пули будто бы отскакивали от блестящих боков фургона. А вот ответные угрожающе впивались в асфальт в каких – то миллиметрах от нас. Фургон резко затормозил, и из него выскочили несколько человек в масках, мгновение спустя что – то ужалило в бок и я провалилась в темноту.

– Катя, Катя, ты меня слышишь? Просыпайся, ты должна…

– Андрей…, – голос получился слабым, я с трудом приподняла, словно налитые свинцом веки.

Мы лежали на ледяном бетонном полу, из одежды на мне осталось лишь платье, рубашка Андрея была разорвана, из рассечения на брови сочилась кровь. Я попыталась двинуть рукой, но в запястья впились наручники.

– Где мы? Что они от нас хотят? – голос вернулся, а нарастающая паника превратила его в писк.

– Катя, слушай меня, ты должна успокоиться. Двигайся ко мне, – Андрей был абсолютно спокоен и, возможно, это заставило меня побороть панику и попытаться придвинутся к нему.

– Иди сюда, вот так, – его руки тоже были в наручниках, но скованы сзади, – слушай меня. Катя! Мне очень – очень жаль, я не мог подумать, что засветился. Но нас вытащат, это вопрос пары часов, я послал сигнал и сейчас они планируют миссию. Но до тех пор нам надо продержаться.

– Они? Кто такие они и кто ты?

– Я агент «Альфа». Это программа секретных операций. Мы боремся с опаснейшими террористическими группировками по всему миру. И я не мог тебе сказать, нам запрещают говорить о своей работе близким.

– Ты…агент, а эти? – происходящее казалось феерическим сном из тех, которые я так часто видела по ночам, просмотрев любимые шпионские сериалы. Сейчас вот Лида принесет мне воду с лимоном (полезно для метаболизма), а я со смехом расскажу ей, какой бред мне приснился…

– А эти называют себя «Занавес». Они разработали формулу биологического оружия – одно распыление превратило бы пару городов в братскую могилу. Теперь формула у нас, и, конечно же они хотят ее вернуть.

– Это был ты, формулу выкрал ты…

– Да, и я не представляю, где именно засветился. Я подставил тебя, но я никому не позволю тебе навредить. Нужно лишь немного времени и…

Он не успел договорить, дверь распахнулась, и вошли несколько человек. В тусклом свете было не различить черты их лиц, одеты были в гражданскую одежду – неприметные свитера и джинсы. Нас грубо подняли на ноги, а свет вспыхнул ярче. Когда глаза привыкли, я различила европейскую внешность похитителей. На вид им было 30 – 35 лет и лишь один выглядел старше, судя по всему именно он – главный. Комната, в которой мы оказались, была абсолютно пустой, если не считать стола, лептопа на нем и пары металлических стульев.