Шрифт:
– …понимать, Викхен, я любить тебя, не хотеть жить без тебя и не быть так! – Голос «страстного влюбленного» был сух и монотонен. – Я всегда получать, что хотеть, так быть и сейчас. Через три дня свадьба, и ты стать мой маленький фрау фон Клотц.
– Нет!
– Да, доченька, да, – ехидно встрял Голубовский. – Я же тебя предупреждал – лучше согласись по-хорошему! Документы уже подготовлены, регистрация состоится с тобой или без тебя. Но лучше бы с тобой, поскольку Фридрих – достаточно известный и уважаемый в городе человек, и свадьба без невесты может вызвать у общественности нездоровый интерес к этому событию. А он нам совершенно не нужен. Так что, Вика, вот, держи.
– Что это?
– А то ты не видишь! В чехле – свадебное платье, уж извини, если оно не очень подойдет, выбирали на глаз. Попросишь подружку матери подогнать его по фигуре, должна же быть от этой зануды хоть какая-то польза. В коробках – туфли и фата.
– Отец, ты что, совсем с ума сошел?! Какое платье, какая фата?! Никакой свадьбы не будет!
– Будет, Викхен, я так хотеть.
– А вы, Фридрих, с некоторых пор мне просто отвратительны!
– Я пережить этот ужас. Ты все равно быть моя.
– Нет!
– Хватит! Я надеялся, до этого не дойдет. Так вот, дочь, ты сделаешь все, как надо. В противном случае, твоему брату грозит очень неприятное будущее.
– Что… Слава?!! Что с ним? Где он?
– Владислав пытался сбежать этой ночью, ранил ножом одного из людей Фридриха, но его поймали. Сейчас он в полиции. И его судьба зависит от тебя. Будешь послушной – после свадьбы его выпустят, и я увезу его домой. Продолжишь упираться – делу дадут ход, и Владиславу грозит тюрьма за покушение на убийство.
– Он ведь еще совсем мальчишка, какая тюрьма!
– Ему уже исполнилось четырнадцать, не забывай. Срок ему светит приличный, очень уж твой братец ножом размахался.
– Славка ведь не только мой брат, он еще и твой сын, что же ты творишь!
– Вы, детки мои золотые, вынудили меня поступить с вами именно так. Это бизнес, дорогая, тебе пора взрослеть. Ты все поняла?
– Да…
Глава 34
Задыхаясь от ненависти и отвращения, я вернулась к себе и, не сдержавшись, грохнула об пол одну из дурацких ваз, пыжившихся в каждом углу комнаты. Продолжить мне очень хотелось, но увы…
Со всякими моральными уродами я сталкивалась в своей бурной жизни, но такой редкостный экземпляр вижу впервые! И ради чего все это? Ради удержания какой-то тухлой фирмешки на плаву? Сухой расчет и выгодное вложение капитала? С-с-скотина!
Так, ладно. Славка в полиции, это плохо. Это очень плохо! Откуда у него нож? Как парнишка умудрился ранить одного из дуболомов фон Клотца? Хотя по большому счету это все уже не важно – как, что, почему. Надо вытаскивать отсюда Вику, а потом мы вместе с Лешкой займемся Славкиной судьбой.
На обед я не пошла. Не было у меня никакого желания тратить душевные силы на безмятежный лепет. Я же больна? Больна! Вот и лежу себе, отдыхаю.
Это точно. Лежу и отдыхаю. Прихожу в себя после мозгового штурма. Ураган «Катрина» – жалкий детский свисток по сравнению с этим бедствием. Все мысли, слонявшиеся без дела в моей голове, спавшие по углам и игравшие в покер на чердаке, по команде центра бросились на штурм. И, разумеется, дебильные идеи, как наиболее сильные особи, затоптали в пылу атаки хилые здравые проблески.
От разбора мысленных завалов в собственной голове меня отвлек знакомый звук. Снова этот вертолет! Кто бы ни был за штурвалом железного Карлсона, он летает сюда явно с какой-то целью. Надо подать ему какой-то сигнал, пусть знает, что в замке не все в порядке, что нам нужна помощь.
«Зеркало», – тихо-тихо донеслось из-под оригинальной идеи – сделать из газеты рупор и поорать в него. «В смысле – зеркало?» – бесцеремонно отшвыривая оригиналку, не сразу въехала я. «Зеркало – солнечный зайчик – азбука Морзе», – судорожно пыталась отдышаться полураздавленная дебильными идеями здравая мысль.
Точно! SOS – спасите наши души! Я немало прочла в детстве приключенческой литературы, и уж этот-то сигнал знаю.
Высыпав из сумки все ее содержимое, дабы не тратить драгоценное время на поиски зеркальца, оказавшегося, естественно, на самом дне, я схватила серебристое стекло и подбежала к окну. Распахнув створки, я направила лучик надежды в сторону вертолета, кружившего над парком.
Стрекозлик-вертолетик покачнулся – они там заметили, ура! Так, теперь смотрите: три коротких, три длинных, три коротких. Пауза. И опять: три коротких, три длинных, три коротких. Ну, поняли?