Духовная сила укрепила плоть, позволив ей на короткое время сравняться с тем же железом, из которого состоят оковы, а жизненная энергия, буквально сгорая в мышцах, увеличила мои физические показатели едва ли не втрое. Сознание легко и привычно соскользнуло в боевой транс, снимая с тела все природные и психологические ограничения, оставляя лишь холодный расчетливый разум и управляемый им механизм из плоти и крови.

"Что мне стоит заклясть их, стражи рухнули в пыль. Кандалы на запястьях, растеклись словно гниль".

Рывок, совершенный всем телом, сопровождался звуком металлического скрежета и звона. Мой взгляд, устремленный на широкую платформу со стражниками, запечатлел изумление на мордах носорогов, в глазах которых медленно начало появляться осознание произошедшего. Вот один из тюремщиков начал открывать рот, что бы закричать и поднять тревогу, его напарник отстал от более сообразительного соратника меньше чем на пол секунды.

"Поздно".

Куски разорванного железа, как-то неожиданно медленно разлетелись в стороны, воздух оказывал сопротивление движениям словно какой-то прозрачный кисель. Мои передние лапы сжатые в кулаки, снизу врезались в нижние челюсти стражников, затем схватились когтистыми пальцами за рога носорогов и дернули их на встречу друг другу. Благодаря шлемам, столкновение двух голов оказалось не смертельным, но оглушающий эффект все же сработал на все сто процентов.

Не теряя времени и пользуясь растерянностью тюремщиков, прыгаю на цепь и быстро перебирая лапами, ползу по ней вверх.

"А ведь я двигаюсь впервые за много лет, при этом не ощущаю никаких проблем с координацией движений и затекшими мышцами. Чудеса да и только".

Отметив этот факт краем сознания, отбросил сторонние рассуждения на более удачное время. Кроме того, что-то подсказывало, что своему отличному состоянию, я обязан "Жизни в цифрах".

Разогнанное до предела сознание, позволило наблюдать за окружающим миром, словно за фильмом поставленным на замедленную перемотку. Разбирать звуки, находясь в таком состоянии, было несколько затруднительно, но благодаря форе во времени, получалось угадывать смысл слов выкрикиваемых стражниками, прежде чем они их завершат.

– Т-р-е-в-о-г-а!
– Донесся вопль с оставшейся внизу платформы, когда до вершины цепи оставалось не больше половины пути.

– Р-у-б-и-т-е ц-е-пь!
– Спустя субъективные пять секунд, эхом отозвался второй голос.

Платформа была подвешена на четырех цепях, каждая из которых оказалась закреплена на своем "барабане", вокруг которого и накручивалась. В свою очередь "барабаны", крепились к каркасу из толстых бревен, установленному над колодцем.

Если бы я двигался хотя бы вдвое медленнее, то у стражников оставались шансы вовремя исполнить приказ... но жизнь не терпит сослагательных наклонений. К тому же, носорог, который стоял рядом с цепью по которой мне пришлось залезать, оказался застигнут врасплох и еще только тянулся к рукояти боевого топора, в то время как его сослуживцы скидывали со спин арбалеты и взводили тетивы.

"Все же я угадал с расслабленностью".

Оказавшись на одном уровне с краем колодца, отталкиваюсь всеми четырьмя лапами и в длинном прыжке преодолеваю пропасть, приземляясь рядом с испуганным тюремщиком. Еще только разгибаясь, наношу удар локтем в нижнюю челюсть открытого для крика рта, затем сразу же шагаю вперед.

Память, причем из этой и из прошлой жизни, подсказывала что представители кошачьих отличаются хорошими скоростью, ловкостью и прыгучестью... а усиление при помощи жизненной энергии, в разы увеличило эти показатели. По грубой силе я наверное смог бы превзойти тех же носорогов, (не являющихся мастерами кунг-фу), и посоперничать с какими ни будь быками, только вот смысла это не имело практически никакого.

Ощущая опасность, вскидываю правую переднюю лапу на уровень головы, и в покореженный широкий браслет кандалов, попадает арбалетный "болт". К счастью, наконечник попал в самый край, благодаря чему отрикошетил куда-то вверх, а ведь мог и насквозь пробить металл, оказавшийся на удивление мягким и не таким уж толстым.

"Тем лучше для меня. будь оковы толстыми и массивными, мне бы даже при помощи усиления не удалось их разорвать".

Драться со всем гарнизоном крепости, было бы слишком неразумно, ведь пока я буду разбираться с бронированными носорогами, коридоры успеют перекрыть... а мне ведь еще нужно найти выход наружу, прежде чем запас внутренних сил иссякнет.

Бросаюсь к ближайшей арке прохода, по пути снося тюремщика пытавшегося своим телом остановить прорыв. Решетка, опускающаяся с потолка, лязгнула об пол уже где-то за спиной. Однако в коридоре оказалось ничуть не меньше бойцов, нежели в зале с колодцем, а вот пространства для маневрирования практически не было.

– Без глупостей!
– Наставив на меня острие меча, по видимому командир отряда, начал медленно наступать.
– Подними лапы вверх и не сопротивляйся...

– Не-не-не... парни, я не из тех парней, которым нравятся другие парни.
– Изображаю на морде испуг и выставив перед собой ладони, делаю шаг назад.
– Вы уж как ни будь без меня... в своей тесной компании.

Удивительно, но мои слова вогнали носорогов в ступор, а когда они осмыслили услышанное, то взбесились не на шутку, (даже глаза кровью налились). Дико взревев, особо нетерпеливые стражники кинулись в атаку, совершенно позабыв о тактике и дисциплине.

Снова ускоряю сознание и проскальзываю под занесенным для удара топором первого тюремщика, попутно подталкиваю его вбок и хлопаю ладонью по предплечью, заставляя развернуться к противоположной стене и атаковать каменную кладку. Лезвие меча следующего противника, отвожу в сторону левой ладонью, после чего бесхитростно колю когтем указательного пальца правой передней лапы в левый глаз...