Кошкин вздрагивает. Оличка испуганно жмется к возлюбленной груди.

Кошкин. Оличка, кажется…

Оличка. Левочка, я боюсь!

Кошкин. Позвали…

Туся. Гражданий, эй!

Федор(мотает головой.). Эх, Туся, Туся…

Оличка. Левочка, не ходи, мне страшно…

Кошкин. Он не опасен… смотрите… (Пытается разомкнуть возлюбленные объятия — не получается.)

Туся. Гражданин, холера тебя!

Кошкин. Оличка… пожалуйста…

Оличка. Я столько тебя ждала, не покидай меня…

Кошкин. Я вас не покину, честное слово…

Федор. Эх, Туся, Туся…

Туся. Что Туся? Что Туся?

Кошкин(наконец, выдирается). Надо понять, что нужно людям…

Оличка. Поймешь — возвращайся, пожалуйста!

Федор(выплескивается). Эх, льется дней моих розовый купол! Эх, в сердце снов золотых сума! Много девочек я перещупал! Много женщин в углах прижимал!

Кошкин. Я тоже очень люблю Есенина.

Туся. Вы-то любите, так вы-то хоть на ногах держитесь — а этот что? Ну вот, опять сел! (Кошкину.) Тяганем его, что ли? Ночь, мне еще на работу.

Туся и Кошкин пытаются воздвигнуть Федора на ноги.

Кошкин. Он не хочет… (Воздвигает.) Или не может…

Туся. Тащи-тащи, много не болтай…

Федор (не воздвигается — хоть надорвись). Родом мужик… соловей ты мой… пташечка… эх, весело поешь…

Кошкин(старается изо всех сил). Не владеет телом…

Туся(тоже старается из последних сил). Да какое там тело — тоска!.. Ты под это его, ты под это!..

Наконец, воздвигают, кулем прислоняют к столбу, тяжело дышат.

Федор(мутно глядит на Кошкина). А, Ваня… (Опять сползает.)

Кошкин. Трудно вас поднимать…

Федор(тянется к Кошкину). Ваня, друг…

Туся. Мне даже глядеть отвратительно, честное слово…

Кошкин. Что будем делать?

Федор. Ваня, друг…

Туся. Лошак обожратый, кому ты нужен такой?

Кошкин. Не надо бы…

Туся. Что?

Кошкин. Он человек, ему должно быть обидно…

Туся. Кто человек?

Кошкин. Он…

Туся. Этот, что ли? (С сомнением смотрит на человека.) Эге, вот не знала…

Кошкин. Все — люди…

Туся. Вы, может, и люди — а этот… (Берет Кошкина за руку, отводит в сторону, подозрительно озирается.) Вы с виду умный, а вы все равно не слушайте, что я сейчас говорю. Вообще иногда я с ним не так говорю. Вообще-то я знаю, как с ним говорить. Вообще-то я с ним не так. С ним вообще так не надо. Он мухи не тронет, когда не такой. Она у него на носу будет на него гадить, а он ей за это стихи читать. Знаешь, сколько стихов знает?

Кошкин. Значит — хороший человек.

Туся. Дурак. Ему нельзя пить — он бросить не хочет. А когда он не хочет — его уже не остановишь!

Кошкин. Он любит стихи — значит, не причинит зла другому человеку.

Туся. И добра тоже не причинит. Вот тут он у меня со всей его поэзией!

Федор. Вань, а Вань…

Туся. Ну, как я тебя такого на другой конец города поволоку?

Федор. Ты не слушай ее, Вань…

Кошкин. На такси…