После этого меня перенесло куда-то в другое место. Я оказался на какой-то поляне в лесу. Лес, кстати, был не наш, в смысле, не средней полосы, где мне приходилось бывать. Поляна была залита солнечными лучами, там, помимо травы, было много цветов. В общем, красивая такая солнечная поляна… И я здесь был не один. Лицом к лесу, спиной ко мне, стояла девушка, одетая в простое платье. Несмотря на то, что я редко видел Изабеллу, одетую так, я сразу узнал её. Сложно не узнать девушку, которую ты любишь…

– Привет, милая, — сказал я, походя к ней.

– Алёша? Ты как здесь оказался?

– Сила перенесла меня к тебе. Значит, я должен быть здесь. Чтобы вывести тебя отсюда.

– Но зачем? Здесь так хорошо…

– А ты знаешь, где это — здесь?

– Нет, но, явно, это не Земля. Где я на самом деле?

– На самом деле, ты на Бастионе. Ты привела корабль. Пеллеон лично позаботился о том, чтобы устроить тебя в их лучший госпиталь. Но помочь тебе они не могут. Для этого нужен был другой Джедай. И я примчался, как только смог.

– Мы доставили сообщения?

– Да. Помощь Земле уже идёт. Пойдём домой. Здесь, конечно, хорошо, Сила помогает и всё такое, но, сама знаешь, дома лучше…

– Да, Алёша, ты прав. Пойдём…

А потом я вдруг снова оказался сидящим на стуле, в палате Изабеллы де Круа. И первое, что я услышал, было:

– Милый, ты пришёл за мной… Спасибо!

И пусть голос Изабеллы де Круа был слабым, пусть она была очень бледной и измученной — двойная перегрузка и кома ещё никому не шли на пользу — но она пришла в себя. А раз так — всё у нас ещё будет хорошо…

Мы провели в госпитале ещё несколько дней — пока Изабелла де Круа не окрепла до более-менее приемлемого состояния. Я окружил заботой свою девушку, исполняя все её капризы (как когда-то, несколько лет назад, в Пензе). Несмотря на то, что мне сейчас больше всего на свете хотелось домой, я прекрасно понимал, что два пилота-Джедая погоды не сделают. В Солнечной сейчас в бой были брошены такие силы, что и без нас было кому бить врагов. К тому же, летать Изабелле де Круа всё равно бы сейчас никто не дал. Так что мы сидели в комнате, которую я снял, и ждали, пока девушке не станет получше — хотя бы настолько, что она сможет перенести полёт на Землю.

Изабелла де Круа сидела на кровати, подтянув колени к груди, и смотрела визор. Там как раз передавали репортаж из Солнечной системы. Пеллеон вообще был хитрым дядей — помимо очень солидной эскадры он прихватил с собой журналистов, которые сейчас освещали ход операции, ведущейся там. Впрочем, наверное, на кораблях Республики тоже были журналисты. Может, они тоже передавали сейчас что-то такое по своим каналам. Несмотря на то, что в Империи можно было смотреть республиканские каналы и наоборот, я не знал республиканских частот и потому мы смотрели, как зажигают имперцы.

Ну что же, когда «Разрушители» дубясят друг друга из главных калибров — это смотрится мощно. Это зрелище завораживало, так же, как и то, как эти летающие крепости буквально крутят высший пилотаж, пытаясь уйти от огня друг друга. Ну, а так как Республика и Империя сейчас были союзниками, разумеется, показали сосредоточенную атаку нескольких корветов на один из «Разрушителей». Разумеется, кореллианский корвет — корабль очень маленький, по сравнению с имперским крейсером. У них совершенно разный тоннаж, разная огневая мощь и разные цели. Только вот, когда несколько корветов атакуют крейсер с разных сторон, они стреляют и уходят от ответного огня крейсера, а потом крейсер просто теряет сначала щит, а потом становится лёгкой добычей для других кораблей. Но, конечно, самое прекрасное зрелище в этом бою было — когда «Противостояние» буквально в два выстрела уничтожило один из вражеских крейсеров. И после этого враг решил отступить…

Через три дня Изабелла де Круа была уже в таком состоянии, что смогла лететь на Землю. И поэтому мы с ней отправились на космодром, куда перегнали «Ночного ястреба». Я занял место первого пилота, а моя девушка — штурманский пульт. Я запросил разрешение на взлёт, получил его, и мы отправились домой. После того, как я вышел за пределы атмосферы, Изабелла рассчитала курс на Землю, и я начал разгон.

Яхта набрала нужную скорость — и, как и положено, канула в глубины гиперпространства, чтобы, спустя несколько дней, вернуться назад уже в Солнечной системе. Я отъехал от пульта, расстегнул ремни и повернулся к моей любимой.

– Ты как? — спросил я.

– Нормально. Немного тяжеловато пока, — ответила девушка, но, в принципе, всё нормально.

– Тогда пошли.

– Куда?

– В каюту. Увидишь, что там, и как…

Когда Изабелла увидела этот «траходром», она ахнула.

– И как на этом спать? — спросила она.

– Ну, вообще — я сам так и не понял. У меня в первую же ночь начался приступ агорафобии. Потом я спал только в рубке, в кресле пилота. Теперь мы с тобой можем спать здесь…

– Хорошо, милый. Только пошли сначала в душ, ладно?