– Хорошо, - таю я, - садитесь, мы сейчас подойдём.

– Рассказывай, малыш, - нетерпеливо спрашиваю Светочку.

Девочка надувается от гордости, ей нравится, что её серьёзно воспринимают:- Значит так, дядя Никита, после того как я сходила в кустики, решила погулять и побежала по тропинке вверх. А там, большое поле, а за ним лес. А когда мы приехали на машинках, его не было, вырос, наверное, - делает она гениальное предположение.
– Так вот, очень далеко, большая скала. А под ней, я думала, хомячки травку щиплют, а присмотрелась, мишки: мама и два таких хорошеньких мишутки. Я хотела побежать к ним, поиграть, но решила, мама заругает, вот и прибежала, а мне никто не поверил, - Светочка вновь надувает губки, в глазах блеснули слезинки.
– А ты мне веришь?
– пытливо заглядывает мне в глаза.

– Хотелось бы не верить, но ты, малыш, уверен, действительно видела медведей и очень правильно сделала, что не побежала к ним. Они дикие и могли тебя съесть.

– Брр, - зябко передёргивает острыми плечами девочка, - не хочу, что бы меня ели.

– И я не хочу,- серьёзно говорю я,- прошу, если увидишь диких зверей, бегом ко мне или к папе. Поняла? Да, дядя Никита, - радостно визжит Светочка и мчится рассказывать, что ей поверили.

Подхожу к Егору: - Не составишь компанию, пойдём, поглядим, что там?

– Папа и я с вами, - повис на моей руке Ярик.

– Никита, дружище, после поляны хоть на край света. Женщины нас не поймут.

– Может ты прав, - соглашаюсь я. В голове мысли всё ещё не улеглись, может, всё это мне мерещится.

Пью сухое вино, по привычке макаю шашлык в кетчуп, закусываю свежим зелёным лучком, но почти не чувствую вкуса, мне не просто страшно - жутко. В отличие от всех, знаю, домой мы не вернёмся, нет его просто, ничего нет, ни городов ... ничего. Проклятые энергетические нити! Вспоминаю я старика со свалки.

– Никита, с тобой всё в порядке?
– в глазах жены колышется тревога. Она всегда меня понимает.

– Со мной всё хорошо и с нами будет всё хорошо. Только кое-что произошло, нам нужно держаться друг друга. Тогда всё будет как надо, - в моей улыбке грусть и растерянность.

– Что случилось, Никита?
– нешуточная тревога блестит в глазах Ладушки.

– Мы будем жить с нуля.

– Как это?
– шепчет она.

– Очень скоро всё поймёшь.

– Не пугай меня.

– К сожалению, это факт. Но во мне зреет ощущение, все будет хорошо и даже очень, но ... не сразу.

– Мне ничего неясно.

– Скоро всем будет непонятно.

– Скажи, наконец, что произошло?

– Подожди немного, скоро сама всё увидишь и поймёшь.

– Но, что именно?
– шепчет в ухо.

– О чём мы секретничаем?- подмигивает Надежда.

– Да, так, "... о чём-то близком и родном...", - декламирую строку из какого-то стихотворения.

– Понятно, - ничего не поняла Надюха, пожала плечами, хихикнула.

Внезапно слышится плач. По пляжу бредёт мальчик лет шести и горько плачет. Чувствуя, что произошло, нечто недоброе, поднимаюсь.

– Ты куда?
– настораживается жена.

– Мальчик, видишь?

– С родителями поссорился, - неуверенно говорит Лада, - хотя не похоже, так безысходно не плачут. У него действительно настоящее горе.

– Я такого же мнения.

– Вы куда?
– спрашивают из-за стола.

Мальчик бредёт по пляжу, но не одному отдыхающему не интересно, что произошло. С одной компании, правда, предложил конфету. Полное равнодушие, жутко становится за людей.

Наша Светочка быстрее всех оказалась у мальчика:

– Кто тебя обидел?
– голосочек дрожит от участия. Мальчик останавливается, перестаёт рыдать, но слёзы продолжают катиться с опухшего лица. К чести наших семей, через секунду все столпились около ребёнка. Моя мать присаживается на корточки: - Что случилось, мой золотой?

– Да, что случилось? Где твои родители?
– тёща, морщит лоб и в вечно немом вопросе, поднимает брови. Красиво получается, ведь она учительница начальных классов.

Мальчик вновь зарыдал: - Утопли, - еле выговаривает он страшные слова.

– Нет, - в ужасе отшатывается мать,- этого не может быть.

– Ты сам видел?
– сердце у меня сжимается от жалости.

– Да, они поплыли с ружьями на охоту за скалки, а там вода забурлила и стала красной. Это кровь. На них напала акула!

– Ну, вот, приехали, - фыркает Игнат, - мальчик фантазирует.

– Игнат, знаешь, что поймали те рыбаки?
– во мне как снежный ком нарастает раздражение и злость.

– Ну, что?
– он усмехается, скептически поджимает сочные губы.