А затем, одной морозной ночью, Нико проснулся от оклика Боанн, зовущей его по имени. Он вышел из дома и увидел, что богиня стоит посреди мощеной улицы.

На небе взошли три полные луны. Их мерцание проникало сквозь листву и наполняло долину рассеянным светом.

— Идем со мной к озеру, — произнесла богиня своим тихим певучим голосом. Она повела Нико к выходу из хтонического города через поле высокой, по пояс, травы. — Сегодня ночью, — объяснила она по пути, — ты начнешь особый курс обучения. Таких знаний ни я, ни Шеннон тебе дать не можем.

Нико промолчал. Они подошли к высокому, поросшему травой берегу озера. В свете луны обычно прозрачные воды казались иссиня-черными. Боанн повернулась к Нико:

— Когда мы покинем это место, тебе будет грозить куда более серьезная опасность, чем…

— Богиня, — прошипел Нико, припадая к земле, — замрите. Там наверху, на скале, засел замаскированный кобольд-чарослов. И, судя по корявым рунам, довольно неумелый. — Юноша согнулся, прячась в высокой траве. Он ясно видел очертания фигуры в тусклом ореоле фиолетовых фраз. Кобольд сидел на корточках, припав к нависающему над озером валуну, и, судя по силуэту, смотрел в другом направлении. — Не думаю, что он нас видит, — прошептал Нико.

Боанн не шелохнулась.

— Они называют это военной игрой, — спокойно произнесла она. — Так юные кобольды учатся выживать в бесконечных межплеменных войнах. Тебе стоит знать, что кобольды считают тебя человеком, чей приход предсказан в пророчестве. Они верят, что ты вернешь их племенам былую славу и могущество, которыми они обладали, пока Новосолнечная империя не разорила их королевства.

— Говорите тише, — прошептал Нико и потянул с бедра вытатуированное боевое заклинание. Держа руку у самой земли, чтобы трава скрыла проблески чар, он развернул текст, превратив его в лезвие палаша, мерцающее цветом индиго.

— Каждую ночь тебя ждет новый урок. Полагаю, тема сегодняшнего занятия — тактическая важность обманного маневра.

Нико замер и поднял взгляд на богиню.

— Обманный ма…

Кобольд напал сзади, обхватив чарослова за грудь замотанными в ткань руками. От силы захвата сотканный из чар питана меч выскользнул из рук Нико, и дерущихся подбросило в воздух. Юноша услышал победный рев кобольда и с ужасом осознал, что они падают. В следующий миг оба с громким всплеском шлепнулись в озеро. Резко крутанувшись, Нико с разворота обрушил кулак туда, где, по его прикидкам, находилось лицо монстра, и потянулся к взрывному заклинанию, записанному в нижней части спины.

Боанн наблюдала, как Нико с кобольдом плюхнулись в воду. Шеннон и старый вождь племени кобольдов, которые все это время прятались неподалеку, теперь стояли рядом с богиней, сбрасывая с себя остатки маскирующих субтекстов. Шеннон прокашлялся.

— Я все-таки не понимаю, зачем было обманывать мальчика? Уж признаться-то, что вы разговаривали с племенем кобольдов, мы могли!

Боанн покачала головой:

— Зато этот урок он точно никогда не забудет!

Шеннон нахмурился, не спуская глаз попугая с поверхности воды в месте, где исчез Нико.

— А вы уверены, что эта боевая игра его не убьет?

В тот же миг гладь озера раскололась, и из-под воды забила огненная струя цвета индиго, похожая на выброс магического пламени. Будучи богиней, Боанн различала все магические языки. И прямо сейчас она наблюдала, как ударная волна от заклинания Нико вздымает в небо целый фонтан воды вместе с незадачливым кобольдом. Вопящий гуманоид с глухим хлопком приземлился в прибрежный ил. А мгновение спустя на мелководье, фыркая и отряхиваясь, вынырнул Нико. Он был по пояс обнажен и счищал очередное боевое заклинание с бока.

— Да, магистр, я вполне уверена, что так легко его не прикончить, — с иронией в голосе заметила Боанн. — Я больше волнуюсь за его инструкторов.

Вождь презрительно фыркнул.

— Любой кобольд, позволивший себя убить человеку, новичку в искусстве накожного чарописания, будь тот хоть трижды спаситель, заслуживает смерти.

Боанн натянуто улыбнулась.

— И как успехи Нико? Даются ему ваши языки?

Согбенный кобольд почесал свой голый подбородок.

— Учитывая, что он пишет на коже меньше года, он — лучший из тех, кого я встречал.

— Это-то меня и беспокоит, — заговорил Шеннон. — Мне все сложнее его обучать языкам волшебников. Он разучился контролировать даже простейшие заклинания.

— Магистр! Боанн! — выкрикнул из воды Нико. — Тут повсюду кобольды!

Еще два замаскированных кобольда крались вдоль берега. Да и первый бедолага, которого отбросило взрывным заклинанием, уже очухался и вновь стоял на ногах.

— Сегодня ночью твое задание — не дать себя схватить, — объявила Боанн, не сходя с уступа. — Если доживешь до рассвета и не попадешь в плен, будем считать, что ты справился.