— Приятель, тебе мало, что ты богат, знаменит и красив, как бог? — Олли шутливо ткнул Рэндалла локтем под ребра.

— Не говоря уже о том, что я охмурил самую красивую владелицу книжного магазина во всей Лагуне Голубой Луны. — Рэндалл перегнулся через стол и взял Линдсей за руку, а потом порывисто чмокнул ее в щеку.

Линдсей рассмеялась.

— Владелицу единственного книжного магазина во всей Лагуне Голубой Луны, правильнее было бы сказать.

Прислушиваясь к их шутливой перебранке, Керри-Энн не уставала удивляться переменам, произошедшим с сестрой за последний год. Откровенно говоря, она бы никогда не поверила, что Линдсей может быть такой мягкой и легкомысленной, если бы не видела этого собственными глазами. Да, сама она стала другой, но что касается Линдсей, та просто преобразилась. «Не исключено, что в этих переменах и я сыграла свою роль», — подумала Керри-Энн. Точно так же, как и сама она стала другой отчасти благодаря Линдсей. Но теперь ей предстояло убрать с дороги последнее препятствие…

— Все это бесполезно, ребята, — заявила она, прерывая беззлобные подтрунивания за столом. — Я понимаю, что вы всего лишь стараетесь отвлечь меня, развеять мои опасения, но я не смогу думать ни о чем другом, пока вся эта история не закончится.

Линдсей метнула на нее обеспокоенный взгляд.

— Думаю, было бы хуже, если бы мы стали обсуждать предстоящее событие за завтраком.

— Можете мне поверить, хуже уже некуда. — Керри-Энн почувствовала, как сводит желудок, и с досадой отодвинула от себя чашку с кофе. Она и так сидела как на иголках, в крови бурлил адреналин, вызывая нервное возбуждение, так что она вполне могла обойтись без помощи кофеина. — Я всего лишь надеюсь, что судья не решит, будто, отдав мне Беллу, он подвергнет девочку дьявольскому риску.

— Не думаю, — возразила Линдсей. — Только не после того, чего ты добилась.

— Все может быть, — убитым голосом произнесла Керри-Энн.

— Но он с таким же успехом может счесть тебя вполне приемлемым вариантом, — с оптимизмом заявила мисс Хони. Она впилась зубами в пончик — старушка давно отказалась от идеи сбросить лишний вес, — а потом небрежно стряхнула сахарную пудру с лацканов своего блейзера.

На этот раз она выглядела не столь вызывающе, как обычно: на ней были изумрудно-зеленые слаксы, розовый пиджак, короткое простое золотое колье и сережки в комплект к нему. Только-только из салона красоты, с высоко уложенной прической, она походила на участницу конкурса «Мисс Америка» в старшей возрастной группе.

Они позавтракали, и Рэндалл оплатил счет, пока остальные снесли вниз свой багаж. После этого все направились к своим машинам, чтобы ехать к зданию суда. Всю дорогу Керри-Энн хранила молчание, и Олли впервые не пытался вовлечь ее в разговор; похоже, он чувствовал, что это не только бесполезно, но и может спровоцировать резкую ответную реакцию. Все, что Керри-Энн хотела сказать, она приберегала для судьи.

Ее адвокат уже поджидал их.

— Готовы? — В костюме в мелкую белую полоску с отложными манжетами и галстуке, расшитом маленькими морскими свинками, Абель выглядел беззаботным щеголем.

Керри-Энн с трудом выдавила слабую улыбку:

— Готова настолько, насколько это вообще возможно.

— Хорошо. — Он окинул ее строгим взглядом. — Запомните: что бы они ни говорили, не принимайте это близко к сердцу и ни в коем случае не выходите из себя — это всего лишь слова.

Вспомнив свою выходку во время предыдущего заседания, она покорно кивнула и сказала:

— Постараюсь не забыть об этом.

Он улыбнулся, продемонстрировав ряд ослепительно белых зубов на фоне черной как ночь кожи.

— Отлично. Тогда пойдемте внутрь и покажем им, из какого теста вы сделаны. — А потом со смешком добавил: — Только не показывайте слишком многого.

По мере того как шло слушание, Керри-Энн все труднее было сохранять самообладание. Она потерянно слушала, как поверенная Бартольдов, Дженис Чен, пятифутовая бомба в красном костюме и лакированных туфлях на высоченном каблуке под цвет ее коротко стриженных черных волос, распинается о том, как много могут дать Белле Бартольды и как она расцветает под их чуткой опекой.

— Ваша честь, полагаю, результаты говорят сами за себя. Смогла бы ее мать, — низенькая женщина небрежным жестом указала на Керри-Энн, — предложить аналогичные условия? Женщина, употреблявшая наркотики, неоднократно демонстрировавшая неумение разобраться, что хорошо, а что плохо для ее ребенка? Думаю, ответ очевиден. Мы считаем, что суд окажет малышке медвежью услугу, если не передаст опеку над ней моим клиентам.

Следующим на место свидетеля поднялся Джордж Бартольд. Он выглядел собранным и был преисполнен собственного достоинства. Но лицо его просветлело, когда он заговорил о Белле.

— Она — изумительный ребенок. Умная, отзывчивая и чрезвычайно любознательная. На днях пастор в нашей церкви пошутил, что ему придется поступить на курсы повышения квалификации, иначе он не сможет отвечать на ее вопросы. — Он негромко рассмеялся. — Глядя, как она расцветает на наших глазах, мы с супругой испытали невероятное счастье. — Он бросил взгляд на Кэрол, которая, выпрямив спину, словно аршин проглотила, сидела в первом ряду. — Мы будем уничтожены, если ее заберут у нас, но сейчас речь не о нас и не о том, чего хотим мы. Главное — то, что будет лучше для Беллы. Если нам доверят воспитывать ее, то могу обещать, что более любящих родителей для нее не найти.