Он не мог развеять эту магию. Ему никогда не удастся добраться до дроу, которого он знал как Брелина, запертого в ловушке этого ужасного тела. Сделав это, он обрек бы друга на самую жуткую смерть. Новая личность драука была единственной защитой от воспоминаний, слишком ужасных, чтобы продолжать жить с ними.

— Брелин, друг мой, — тихо прошептал наемник, отклоняясь назад, когда драук бесстрашно атаковал его. — Боюсь, что это станет моим самым лучшим подарком.

Сказав это, Джарлаксл кивнул.

Коготь Шарона ударил по лапе драука, и прежде чем Брелин развернул наконечник копья, стрела-молния поразила его в затылок. Он споткнулся и наклонился, семь ног дико зашевелились, удерживая существо в вертикальном положении. Голова зверя крутилась из стороны в сторону.

Вторая стрела ударила Брелина в спину, и Энтрери получил достаточно места, чтобы вонзить Коготь Шарона в паучий живот существа.

Брелин повалился на стену и изо всех сил изогнулся, но его старания не принесли плодов.

Дзирт направил лук вверх, и Энтрери отступил, позволяя Джарлакслу подойти ближе, чтобы нанести последний удар.

— Ах, Брелин, — сказал наемник, отбивая в сторону копье и придвигаясь ближе, чтобы посмотреть на своего старого товарища.

Драук схватил его, впиваясь руками в горло Джарлаксла.

Но это длилось лишь до тех пор, пока отлично отточенный клинок наемника не пронзил сердце Брелина.

Джарлаксл отступил, подавляя вздох.

Шум, раздавшийся внизу по коридору, говорил о погоне, и троица бросилась прочь, через двери и паутинные мосты, которые висели перед Домом Меларн.

Друзья не стали спускаться, ибо поступив так, они обнаружили бы поджидавшую их засаду.

— Используйте эмблемы, — приказал Джарлаксл.

Когда все трое оказались в состоянии левитации, наемник повел их вдоль западной стены большой пещеры, на звуки боевых действий, идущих на балконах Дома До’Урден.

Позади, в дверном проеме, ведущем на паутинный мост, драук делал свои последние вздохи. Йеккардарья и Ивоннель наблюдали за тем, как троица уходит. За ними, изучая мерзкое умирающее создание, казалось, весьма веселилась Кь’орл.

— Чемпион должен вступить в бой в одиночку, — поручила служанка, и Ивоннель кивнула.

— Этот человек раньше был в городе, — сказала Йеккардарья.

— Я знаю, из воспоминаний Вечной. Это Артемис Энтрери.

— Мир тесен, в конце концов, — сказала йоклол. — И полон простой красоты совпадений.

Ивоннель с любопытством посмотрела на спутницу.

— Артемис Энтрери, — напомнила служанка. — История с Домом Хорлбар.

Ивоннель поняла намек и захихикала.

— Так ты не забыла.

Ивоннель рассмеялась громче.

— Это и правда прекрасно! — ответила она.

Много лет назад — тринадцать десятилетий, если не больше — во времена своего побега из Мензоберранзана, Артемис Энтрери столкнулся с одной из двух Матрон Матерей Дома Хорлбар. Женщиной по имени Джерлис. И быстро отправил её на тот свет.

Джерлис Хорлбар была матерью Матроны Матери Жиндии.

— Дочь Матроны матери Жиндии, молодая жрица Йажин оказалась в залитой кровью зале военного совета, — продолжила йоклол. — И тоже была убита Артемисом Энтрери.

— И Ллос не позволит ей воскресить дочь?

— Ллос не может.

Это заставило Ивоннель бросить на спутницу удивленный взгляд.

— Этот человек носит с собой ужасный и эффективный кинжал, — пояснила Йеккардарья. — Матрона Мать Жиндия узнает, что от души Йажин не осталось ничего, что можно было бы воскресить.

Ивоннель кивнула и посмотрела на троицу, которая уже была очень далеко.

— И Кьернилл окажется в комнате прежде, чем Жиндия. Не сомневаюсь в этом, — сказала она. — Быть может, Жиндия станет винить свою соперницу за то, что её дочь больше нельзя вернуть к жизни.

— Хаос — прекрасная вещь, — заметила служанка. — Волнующая прогулка по самому краю лезвия.

Ивоннель оглянулась и запнулась. Йеккардарья снова превратилась в йоклол, уродливую, бесформенную, с извивающимися щупальцами, покрытыми капающей слизью.

— Мы станем свидетелями веселого представления, — пообещала Йеккардарья своим булькающим водянистым голосом и растаяла в воздухе.

Ивоннель легко шагнула мимо грязной лужи, оставшейся после исчезновения йоклол, направляясь обратно в коридор.