Жиндия увидела, как её патрон отлетел в сторону. Его кожа покрылась тяжелыми ранами, и он упал на пол, лежа лицом вниз. Вокруг мужчины растекалась лужа крови. Потом и она сама почувствовала удар мощного заклятия. Оно прижало её спиной к стене, открывая глубокую рану, тянувшуюся от плеча вниз, по груди и к противоположному бедру.

Она задохнулась и повалилась на колени, недоверчиво глядя на девушку.

— Я нахожусь в милости у Ллос, — сказала она снова, истекая кровью.

— Как и я, судя по всему, — ответила молодая женщина.

— Кто ты?

— Однажды ты узнаешь, уверяю тебя, — ответила незнакомка. — Если, конечно, твое упрямство не заставит меня уничтожить тебя здесь и сейчас. Мне кажется, Кьернилл не очень расстроится от подобного развития событий.

Жиндия упала на четвереньки, выплевывая кровь.

— Ты закончишь борьбу с Домом До’Урден, — заявила молодая женщина. — По приказу Матроны Матери Бэнр, по приказу Госпожи Ллос.

Это имя заставило гнев Жиндии вскипеть с новой силой. Огонь вспыхнул в её глазах, и она вскинула голову, чтобы посмотреть на незваную гостью. Однако её возмущение быстро сменилось смущением, когда она отметила, что в комнату вошла третья дроу. Женщина была полностью обнажена. Она улыбнулась Жиндии, обращаясь к ней с величайшей фамильярностью.

— Достаточно, Жиндия, — сказала вновь прибывшая водянистым голосом, который вызвал воспоминания Жиндии. — Есть более важные дела.

— Йеккардарья? — прошептала Жиндия.

Она увидела, как йоклол обернулась к молодой жрице, которая только пожала плечами. Служанка нахмурилась и разрешила жрице продолжать.

Девушка сделала следующее с тяжелым вздохом, и Жиндия ощутила волны исцеляющей магии, которая затопила её тело. Сильная магия, которая залечила её раны, как и раны Сорнафейна, о чем она могла судить по облегченным стонам мужчины.

— Её отношение раздражает меня, — сказала Йеккардарье молодая жрица.

— Ну хватит, Ивоннель, — ответила служанка, и глаза Матроны Матери Жиндии распахнулись при упоминании этого имени. — Здесь ты закончила.

— Она не станет больше сражаться, — сказала Ивоннель, указывая на побежденную Матрону Матерь Дома Меларн.

— Она не станет больше сражаться, — согласилась йоклол. — Она уделит внимание павшим жрицам своего дома, — Йеккардарья посмотрела прямо на Жиндию. — Возможно, Госпожа Ллос посчитает нужным дать тебе немного магии воскрешения.

— А может, и нет, — со смехом добавила Ивоннель, и вместе со служанкой они удалились в другую комнату. Сморщенная старуха поползла за ними.

Дрожь Матроны Матери Жиндии не помешала ей услышать стук закрывшейся двери.

Троица неслась по извилистым коридорам Дома Меларн. Их движения были быстрыми и скоординированными. Большинство жриц отправилось в зал военных советов, пытаясь спасти тех, кто еще не успел умереть, или стучалось в двери частных покоев Матроны Матери Жиндии.

Дом Меларн не славился своими магами, и большинство, вроде Илтзтрава, были слишком заняты поддержанием в порядке паутинного строения, чтобы быть в состоянии сосредоточится на войнах, которые вела Жиндия. И все они, особенно Илтзтрав, с самого начала опасались выступать против Дома До’Урден. Ни для кого не было секретом, что силы Дома Ксорларрин заполнили и превалировали в новом Доме, а ведь Тсэбрек Ксорларрин был лишь недавно назван Архимагом Мензоберранзана.

И потому на пути троицы остались лишь воины. Те дроу, что встречались с Дзиртом и его компаньонами, быстро обращались в бегство, совершенно побежденные. Многие из знаменитых драуков Дома Меларн были посланы в Дом До’Урден. Многие, но не все. И не самый новый из них. Этим новым драуком был Брелин, наконец вставший между Джарлакслом и выходом из Дома Меларн.

Дзирт и Энтрери заняли левый и правый фланг. Следопыт вскочил на ноги, держа в руках Таулмарил, но Джарлаксл, который оказался в центре группы, среагировал первым.

— Погоди! — приказал он, и Дзирт едва не заплатил своей жизнью за выполнение этого приказа, когда копье драука пронеслось над его головой.

Уклоняясь снова, он понял, в чем дело.

— Брелин! — крикнул Джарлаксл. — Ох, Брелин!

Энтрери, стоявший слева, с шумом втянул воздух, признавая воина Бреган Д’Эрт.

Однако мог ли Брелин осознавать себя — было под большим вопросом. Когда драук рванулся вперед, вскидывая в руке копье, ответ показался очевидным. Он атаковал Джарлаксла, и наемнику пришлось быстро отступить, продолжая слезно взывать к другу.

— Он не понимает тебя! — сказал Энтрери, двигаясь справа от драука, в то время, пока Дзирт заходил слева. — Это не Брелин! Больше нет!

— Ударь его! — сказал Дзирт.

— Ты окажешь ему услугу, — добавил Энтрери.

Джарлаксл окинул взглядом своего бывшего разведчика, своего бывшего друга.