Наскоро умывшись и одевшись, Олег вышел из дома.

За длинным столом в кабинете директора восседали оба завуча, классная руководительница и участковый милиционер. При виде блюстителя порядка Олег сначала оробел. Если вызвали милицию, дело должно быть нешуточным. «Наркоты у меня нет. Они все равно ничего не докажут», – попытался успокоить себя Олег.

– Ну, Воропаев, рассказывай все по порядку, – сурово скомандовал директор.

– Про что?

– Про Земского.

– Я ничего не приносил. Это они сами, – выпалили Олег.

– Что не приносил?

– Я не знаю. Я в этом не разбираюсь. Я просто видел, как они курили на чердаке.

– Кто?

– Земской, Маркин и Егоров. Я с ними не курил.

– А что ты делал на чердаке? – спросил милиционер.

– Ничего. Просто шел мимо и увидел, что дверь открыта.

Участковый обернулся к директору:

– Непорядок. Дверь на чердак надо запирать.

– Она у нас вообще-то заперта, – уязвлено заметил директор, как будто его лично уличили в нерадивости, и, не скрывая раздражения, обратился к Олегу: – Дискотеку для вас устраивают не для того, чтобы по чердакам таскаться. И что дальше?

– Они хотели меня насильно заставить.

– Что заставить?

– Курить.

– Вот такой пай мальчик. Другие курят, а он пример для подражания. Для чего им было тебя заставлять? – язвительно заметил директор.

– Они боялись.

– Говори нормально. Почему из тебя приходится вытягивать каждое слово? Чего они боялись?

– Что я их заложу. И предложили мне тоже покурить. Я отказался. Тогда они пригрозили, что скажут, будто это я принес.

– Что принес?

– Ну, травку эту.

– Какую еще травку? – с неподдельным интересом спросил участковый.

– Какой-то дурман. Я в этом не разбираюсь.

– Глупости, – директор стукнул ладонью по столу. – Земской, Егоров и Маркин хорошие ребята из приличных семей. Они не станут курить всякую дрянь. Не надо оговаривать других, чтобы выгородить себя.

– Я-то тут при чем? Они сами на меня напали, – не выдержал Олег.

– Значит, они напали, а ты молча терпел, – усмехнулся милиционер.

– Их же трое было. Что я мог сделать? – пожал плечами Олег.

– И поэтому ты решил расквитаться после, – произнес участковый.

– В каком смысле? – не понял Олег.

– В самом прямом. Не юли. Будто не знаешь, что вчера избили твоего одноклассника…

– Земского Юру, – услужливо подсказал директор.

– Вот, вот, – кивнул милиционер, – и тот сейчас лежит в больнице с сотрясением мозга и двумя сломанными ребрами.

Ночь. Глухая стена стройки. Зашарпанный дом. Мерзлое белье, покачивающееся на балконе второго этажа.

Пережитая вчера сцена вновь всплыла перед глазами. Олег предполагал, что вчерашнее видение может обернуться правдой, и все же сейчас, когда он стоял перед неотвратимостью происшедшего, он испытал настоящий шок.

– Не может быть, – пролепетал он.

– Еще как может. И не делай вид, будто твоя хата с краю. Лучше выкладывай все начистоту. Все равно мы найдем твоих сообщников.

– Они мне не сообщники. Я их вообще не знаю.

– Это как же так? Вроде заказного, что ли? В киллеров играем? – съязвил участковый.

– Я тут ни при чем, – оправдывался Олег.

– А вот Марков и Егоров говорят, что ты Земскому угрожал, – сказал директор и, нажав селекторную связь, попросил секретаршу: – Пригласите ребят.

В кабинет несмело вошли Егоров и Маркин. Искоса поглядывая на Олега, они нарочито встали поодаль от него.

– Расскажите, что вчера произошло, – попросил директор.

Ребята переглянулись, но ни один из них не решился нарушить молчание первым.

«Они меня боятся, – с удивлением понял Олег. – Самые хамовитые парни в классе опасаются МЕНЯ. Неужели все, в самом деле, думают, будто я устроил это подлое нападение?»

Директор обратился к Маркину:

– Ну, так что же вы примолкли? Говорите. Это правда, что Воропаев угрожал Земскову?

– Да, он сказал, что его подкараулят в темном месте и покалечат, – кивнул тот.

– Он даже место назвал. Возле стройки, – вставил Егоров.

– Это не только мы слышали. Все подтвердят, – добавил Маркин, обретая смелость.

– Все было не так. Я не угрожал, я наоборот, предупредил его, чтобы он туда не ходил, что это опасно, – тщетно пытался объяснить Олег.