– Ну, приехала, и что дальше?

– Как это – что дальше? – замахал энергически Донун руками. – Тебе что, всё равно?

– Мне не всё равно, но я более чем уверена, что они ничего такого там не делали.

– А чего ради он за ней поперся? Соль попросить отсыпать?

– Идём к машине, - тише произнесла я, кивнув ему на выход, и заставила тронуться с точки и продолжить движение. – Откуда я знаю? Может, у вас хранятся дома какие-нибудь документы? Он мог заехать за ними.

– Да, и лучшего времени он для этого не нашел! Только когда нас с тобой нет, да? – взвился Донун, плетясь рядом.

– Да, нет. – отзеркалила я его, но не намеревалась поддаваться унынию и мнительности. Не в стиле это Йесона, как ни крути. Или он настолько приучил меня мыслить иначе относительно него, что теперь может вытворять что угодно, а я всё равно буду верить в его праведность? Так, кыш из моей головы чепуха, кыш! – Просто создалась такая ситуация, и они не виноваты, что нас с тобой нет там. То, что ты не с Сорой вообще не её вина. Да и я могла бы подождать Йесона, а не улетать в одиночестве.

– Однако они всё спланировали так…

– Никто ничего не планировал! – назидательно оборвала его я. – Давай остановимся на этом?

Донун замолчал. В том месте, где нас ожидали встречающие, стояло два автомобиля. Один предназначался для четы Ким, другой для господ Сон. Мы застопорились, как заблудившиеся на распутье. Даже хуже – как отбившиеся от стада бараны. Шиковать по одному пассажиру на авто мне претило, а Донуну явно не хотелось сейчас одиночества. Принимающая сторона, как назло, не знала в лицо тех, кого им велено было доставить, и приняла меня за жену моего спутника, поэтому нам указали в одну сторону.

– Поедем вместе? – ненавязчиво поинтересовался Донун. Ох уж этот его просящий взгляд! Однажды он в корне изменил мою жизнь. Но, - горбатого могила исправит, - я и сейчас бы поддалась на его чуть жалобный призыв, если бы не имела печального опыта. Я воспротивилась.

– А почему это в машине для пары Сон? Пошли, поедешь в нашей.

– Вот уж нет! – презрительно сморщил он нос на черную тойоту. – Не сяду я туда, где предназначалось сиденье для этого твоего Йесона!

– Что я слышу? В одночасье такая ненависть к человеку, причем на совершенно зыбкой почве основанная!

– На зыбкой? Как пить дать – он собирался соблазнить Сору!

– Что?! – оскорбилась я за супруга. – Это он-то собирался? Не ты ли говорил, что это она была в него влюблена, а не он в неё? Так что давай смотреть на вещи реалистично: если кто кого и пытался, то это твоя мадмуазель потащила за собой ночью женатого мужчину с непонятными намерениями!

– Соре это даром не надо! – хохотнул мне в лицо Донун, перетягивая мои чемоданы к себе. – Зачем ей ещё кто-то, когда у нас всё замечательно?

– Судя потому, что выше речь шла о крупной ссоре, то на этот раз ты имел в виду конкретно сексуальную сторону вопроса? – я схватила чемодан за ручку и потянула на себя. – Даже удовлетворенной женщине может захотеться разнообразия, когда она разочарована и обижена.

– Серьёзно? Вот тебе когда-нибудь хотелось? – уставился на меня молодой человек, нетерпеливо жаждая подтверждений из личного опыта, иначе я была пустословной.

– Я не помню, чтобы бывала разочарована или обижена Йесоном… - пролепетала я, даже не задумываясь. Уж тем более я не бывала им неудовлетворенна, но интимное я вслух обсуждать не собираюсь. Хотя нынче мне удовлетвориться помешали обстоятельства. А так хотелось… и ведь Йесон остался без сладкого. Столько дней… и он там, в Сеуле. Голодный. Разрази меня гром, похотливый и не нашедший разрядки Йесон – это опасная бомба замедленного действия. Ему недели без секса хватало для того, чтобы озверевать и, приезжая домой, бросаться на меня. А тут и представить уже было страшно. Молчаливая злость и колкости – лучшее, что ждало сталкивающихся с ним в такие периоды жизни. Если это, конечно, не сексапильная молодая девица, которая может помочь… - Ладно, поехали на вашей, мне без разницы!

Усевшись в один салон, мы подождали, когда носильщики загрузят всё в багажник и тронулись. От шофера нас отделяла стеклянная, не просматриваемая с его стороны перегородка.

– Как Йесон может не вызывать у меня опасений, - не угомонился Донун, изводя себя и меня дальше. – Если он умудрился влюбить в себя даже ту, которая его ненавидела?

– Это уникальный случай. – пожала я плечами.

– Всё же мне интересно, в какой момент ты его полюбила? Ну как, как можно было это сделать?