И тогда она вспомнила, что леди звали миссис Уайтхауз. Она всегда в шутку называла ее миссис Красный Дом, во всяком случае в разговорах с матерью, из-за красного кирпича ее дома.

Перейдя улицу, она вернулась немного назад, чтобы купить еще сигарет на почте. Она была разочарована, увидев, что многое изменилось: здесь все еще было множество банок со сладостями и пряжа для вязания, но на полках было гораздо меньше товаров, чем прежде.

Она купила пачку сигарет и в память о старых временах открытку с видом Винчелси.

— Вы привезли с собой солнце, — сказала, улыбаясь, женщина за прилавком. — Говорят, еще пару дней будет так солнечно.

Женщина была примерно одного возраста с Роуз, толстая, с красным веселым лицом и черными волосами, аккуратно собранными сзади. У нее не было сассекского акцента, поэтому Роуз была абсолютно уверена, что не ходила с ней в одну школу.

— Я сюда часто приходила, когда была маленькой, — созналась Роуз. — Здесь все как и прежде.

— Здесь почти ничего не происходит, — ответила женщина с легкой гримасой, словно была обижена на этот городок. — Мы с муженьком купили этот магазин вот уже десять лет назад, и держу пари, я могла бы вспомнить все до последнего, что происходило это время. — Она весело рассмеялась. — Но вам бы это наскучило, потому что все происшествия здесь — это рождение, свадьба или смерть.

Роуз захотелось задержаться и послушать про людей, с которыми она когда-то была знакома.

— Здесь жила леди по имени миссис Уайтхауз, в Хэрригтон-хаус. Она еще жива? — спросила она.

— Нет, они с мужем умерли некоторое время назад, — ответила хозяйка магазина. — Здесь сейчас живет их дочь.

Роуз поняла, что это, должно быть, та, которой когда-то принадлежало голубое вельветовое платье, и это заинтриговало ее.

— Как она сейчас выглядит? — спросила она. — Я ее помню очень красивой и элегантной, но это было так давно.

— Она по-прежнему красивая и элегантная, — улыбнулась женщина. — Но немножко спятившая.

— В каком смысле? — не поняла Роуз.

Хозяйка магазина оперлась локтями о прилавок, явно обрадовавшись возможности поделиться сплетнями.

— Все знают, что она рассталась с мужем, но она притворяется, что у них все первоклассно. Он приезжает в их старый дом каждый второй выходной, я предполагаю, просто для приличия.

Роуз подумала, что если она поболтает с этой женщиной, то, возможно, ей удастся задать несколько вопросов про мать и про Адель.

— А зачем разведенной паре делать вид, что они все еще вместе? — спросила она.

— Ну, мистер Бэйли барристер, — пояснила женщина.

При упоминании этого имени у Роуз пробежал холодок по спине.

— Я предполагаю, он беспокоится, чтобы не было скандалов, — продолжала женщина. — Все важные люди такие, говорят.

— Как, вы сказали, его зовут? — спросила Роуз. Это наверняка не мог быть тот мистер Бэйли, которого она знала. И все же ее старый знакомый был юристом и однажды сказал, что у него есть родственники в Винчелси.

— Бэйли, Майлс Бэйли, — сказала женщина. Потом, вероятно увидев ужас на лице Роуз, она вспыхнула. — О Боже, мне мой муж всегда говорит, что я должна думать, прежде чем открыть рот. Вы его знаете?

— Нет, нет, я его не знаю, — поспешно сказала Роуз. — Я когда-то знала других Бэйли в этих местах. Но это вряд ли та же самая семья. Простите, я уже должна идти, меня ждут.

Выйдя из магазина на палящее солнце, Роуз вдруг почувствовала тошноту. Она кинулась через дорогу в паб и села снаружи на скамье в тени, открывая дрожащими руками сумочку в поисках сигареты.

Фамилия Бэйли была распространенной, но имя Майлс — нет. Это наверняка был он, хотя она знала, что он жил где-то в Гемпшире на момент, когда она встретила его. Когда он сказал, что у него есть родственники в Винчелси, она предположила, что это очень дальние родственники. А потом она предположила, что мужчина, намеревавшийся соблазнить молодую официантку, вряд ли сказал бы ей, что это его свекор со свекровью, если он даже не признался в том, что женат.

— А вот и ты! — Она подпрыгнула от звука голоса Джонни, стоявшего в дверях паба. — Хорошо прогулялась?

Она кивнула, не в состоянии говорить.

— Ты в порядке, девочка? — с тревогой спросил он, подходя ближе и вглядываясь в нее. — Ты белая как полотно!

— Меня чуть подташнивает, — сказала она. — Жареное на завтрак после всего, что я выпила вчера вечером, предполагаю. Ты не можешь принести мне стакан воды?

Глава шестнадцатая

Хонор улыбнулась сама себе, стоя у раковины в судомойне. Майкл и Адель были в саду и сидели на ковре под яблоней, и, как она догадалась по крошечной коробочке, которую он только что дал ей, в ней было обручальное кольцо.