— К вам присоединится Дарт Мол. Он разберется с джедаями.

Я вижу, как нервно сглотнул Ганрей. Он бросает быстрый взгляд на Руне. Им не по нутру мысль о моей компании.

И, тем не менее, они делают вид, что рады. Экран гаснет, и Учитель негромко смеется.

— Скоро нужда в неймодианцах отпадет, — говорит он, — Не могу дождаться этого дня.

Он поворачивается ко мне, и в его глазах читается приказ:

— Проследи за тем, чтобы они разделались с королевой Амидалой. Твоя же задача — уничтожить джедаев. И на этот раз не подведи меня.

ЗАПИСЬ ОДИННАДЦАТЬ

Ужас туманит рассудок Ганрея и Хаако. Я пугаю их до смерти одним своим видом. С самого момента прибытия на Набу. Причина в моих татуировках? Безмолвии? Глазах? Стоит мне лишь бросить взгляд в сторону неймодианцев, как они в страхе ретируются.

Поэтому я смотрю на них очень часто.

По прибытии я с удивлением обнаруживаю, что Нут и Руне расположились в королевском дворце Тида, как у себя дома. Ганрей занял личные покои королевы Амидалы. Неймодианцы полагают, что за свою верность получат контроль над планетой.

Несомненно, они все еще полезны для нас. Но и им полезно помнить, кто тут хозяин.

Поэтому, прилетев рано утром, я направляюсь в королевскую спальню, где Нут дремлет на ложе Амидалы, накрывшись одеялом из мягкого блескошелка. Сорвав покрывало, я отвешиваю сонному неймодианцу пинок. Увесистый пинок.

Он в панике вскакивает:

— Началось вторжение?

Какой же он все-таки дурак. Я с отвращением приказываю ему взять себя в руки.

— Теперь это мои покои, — говорю я.

Страх мелькает в глазах Ганрея. В последний момент он пытается прихватить блескошелковое покрывало, но я вырываю ткань из его лап. Одеяло рвется пополам, и я замечаю смятение на физиономии Нута. Я раздираю тонкую материю в клочки, лишь затем, чтобы напугать неймодианца посильнее. Потом швыряю обрывки в его морду и произношу сквозь зубы:

— Пришли кого-нибудь, чтобы прибрали тут после тебя.

Желая поскорее скрыться с моих глаз, он вылетает вон с такой скоростью, на какую только способны неймодианцы.

Глядя ему вслед, я не могу сдержать смеха. Не то, чтобы я нуждался в роскоши — просто мне нравится терроризировать Нута. Это очень легко, но так приятно.

Я прогуливаюсь по дворцу, отмечая ценность материалов, мастерство отделки, великолепие коридоров и лестничных маршей. Из огромных, высотой до потолка, окон открывается вид на заводи и водопады Тида. Я редко обращаю внимание на окружающую обстановку — только на то, где я должен находиться и что необходимо учесть согласно заданию. Но здесь и сейчас я вижу, что лежит передо мной. Власть над Галактикой в наших руках, а все ее богатства у наших ног.

Я рос без излишеств. Голые стены, голый пол, матрац для сна, миска для еды. Я верю, что удобства превращают тебя в размазню. Сражение — вот все мое счастье, а подготовка к битве — все мое удовольствие.

Но, возможно, я преувеличиваю. Не исключено, что однажды я буду править, сидя во дворце, подобном этому. Не самый плохой вариант, не правда ли?

***

Я приближаюсь к тронному залу. Нут и Руне о чем-то переговариваются, но резко замолкают, как только я появляюсь в дверном проеме. Наверняка Ганрей жаловался на меня.

Входя, я бросаю на Ганрея тяжелый взгляд. Тот вскакивает с трона и поспешно пересаживается в обычное кресло. Я сажусь, а неймодианцы нервно следят за мной.

— Доложите обстановку, — требую я.

Нут начинает лепетать, что на Набу все идет по плану. Руне вставляет, что люди подавлены и согнаны в лагеря. Подпольное сопротивление незначительно и будет подавлено в ближайшие дни. Каждое судно и каждый отряд приведены в готовность, чтобы не упустить корабль королевы. Они обещают, что Амидала будет обнаружена, как только ее судно войдет в атмосферу Набу. Скорее всего, она приземлится на центральной площади и попытается вступить в переговоры, используя джедаев для своей защиты. Ей просто не проскользнуть незамеченной при таких мерах безопасности…

— Если только она уже не проскользнула, — бросаю я.

— Это невозможно! — кричат они в один голос.

Я предлагаю проинспектировать систему охраны дворцовой площади совместно. Они соглашаются, как обычно выкатив глаза и что-то невнятно бормоча.

Мы обходим центральную площадь по периметру. Неподалеку шумят водопады, их брызги освежают воздух. На широкой площади нет ни души. Я представляю, как до вторжения она была заполнена людьми. Я слышу гул транспортных средств, говор музыкантов, торговцев едой и всевозможными удовольствиями, которые только могут быть куплены или проданы в самом сердце огромного города.