– Кэл, нет! Не так сразу! Я должна подготовиться. А ты поговорить с Эмили и Зоуи.

– А Зоуи то тут причем? Я что обязан ей докладывать и предоставлять отчет с кем делю постель.

– Отчеты Кэл, оставь бухгалтерам. А она твоя бывшая и мать Эмили. Она должна знать с кем придется жить ее дочери, – выпалила Джилл вгорячах, и растерянно хлопая глазами, уставилась на Кэла. Тот не скрывал улыбки. Довольной и восхищенной.

– Джилл я тебе еще не сделал предложения

– Я не хотела, извини. О чем я говорю. Я не готова! Мне надо бежать!— она не услышала удивления и радости в его голосе.— Где моя одежда?

Кэл поймал ее за запястье и несильно дернул, разворачивая Джилл лицом к себе.

– Хорошо, хорошо, но у нас есть еще полчаса, — успокоил ее Кэл,— ты можешь полежать спокойно?

– Могу,— Джилл прильнула к нему, трясясь мелкой дрожью. Возникшие вопросы надо решать Как? Где? Что? И миллион мелких и крупных проблем и препятствий, которые им придется преодолеть, лишили покоя. Джилл пыталась просчитать возможные варианты своего поведения, но рядом с Кэлом это было почти невозможным.

Он поцеловал ее очень нежно и бережно, согревая прохладные, плотно сомкнутые губы. Прошелся по скуле, поиграл мочкой уха и мягко выдохнул в него, облизал кончиком языка, и, прихватывая зубами кожу шеи, добрался до ямки рядом с ключицей и на мгновение замер, почти не дыша. Джилл ответила томным стоном, вытягиваясь во весь рост.

Пальцы руки Кэла ожили и прошлись по ее щеке, задержались на подбородке, погладили ее шею, плечи, скользнули о ложбинке между грудей и опустились до талии. Приятная тяжесть мужской руки, замершей на животе, вызвала дрожь. Ощутив нетерпение, ладонь скользнула ниже и, накрывая всей пятерней мягкий шелковистый островок внизу живота, надавила на лобок.

Джилл невольно приподняла бедра и согнула ноги в коленях, несколько раз развела и свела их, как бабочка крылья. Кэл подавил довольный смешок, его рот повторил очертания ее грудей, небольших идеальной формы, упругих, как у юной девушки. Потерся подбородком о нежные куполообразные холмики.

Джилл тихонько простонала, отворачиваясь и зарываясь лицом в подушку, когда его ладонь начал гладить и ласкать ее грудь. Уделяя внимание поочередно каждому нежному полушарию. Устроившись на коленях рядом с Джиллиан, Кэл перевернул ее на спину, откидывая одеяло, сунул в рот и облизал указательный палец. Подул на него, остужая, для большей остроты ощущений. Прикоснулся влажной подушечкой и обвел мягкие почти плоские соски, утопленные в темно-розовых ореолах, поводил по ним самым кончиком, заставив чувствительные комочки плоти чуть напрячься, затем обхватил их, и осторожно сжимая между пальцами, заставил выпрямиться так, что они целиком выдвинулись из сморщившихся потемневших ореолов. Соски у Джиллиан были удлиненные, похожие на недавно зародившиеся бутоны лилии, сладкого светло-коричневого цвета, как две дольки молочного шоколада.

Обхватил губами затвердевший бутон, пощекотал его языком, глубоко вбирая в рот, бережно перекатывая языком. В то же время рука Кэла, прогулялась по внутренней части бедра Джилл, пройдя, дразнящее и нежно по развилке между ног, подхватила ягодицу, приподнимая чуть выше, а затем весомо легла на промежность Джиллиан, вызвав нетерпеливое протяжное «оууу». Пальцы Кэла оказались около входа во влагалище, мягко стимулируя его, пока не погрузились в выступившую смазку .Увлажнившись сделали несколько кругов, подобрались и смачивая поиграли клитором, ответно начавшим набухать, выступая из своего нежного укрытия, вызвав новый прерывистый вздох у Джиллиан и заставив ее непроизвольно податься бедрами вперед, навстречу ласкающей руке, выгибая спину и запрокидывая голову.

Будто покорившись ее настойчивому желанию, средний палец вернулся ко входу во влагалище, осторожно проникая внутрь. Сначала на одну фалангу, обводя по кругу внутренние стенки уже набухшей, но еще достаточно узкой дырочки, затем медленно погрузился на всю длину. Теперь рот и рука Кэла работали едином ритме, губы слегка посасывая, вбирали в себя затвердевший, вытянувшийся сосок, прижимая его языком к небу, а палец одновременно проникал все глубже в разгоряченную плоть, нежно поглаживая влажные стенки и очень осторожно прикасаясь к выпуклости шейки матки. Дыхание Джилл становилось все чаще, движения Кэла быстрее и резче, пока палец не перестал доставать до заветной точки, заставив Джилл дернуться и приподняться, пытаясь глубже насадиться на ставший слишком коротким, дразнящий палец. Замотать головой, обиженно простонав .

Кэл снова поцеловал ее, не замечая недовольства, потом прижался лицом к ложбинке между грудями, Джилл моментально почувствовала, как электрический ток пробежал сквозь ее тело, при прикосновении его жесткого, колючего подбородка к ее подернутой испариной чувствительной коже. Желание Джилл росло и, поймав руку Кэла, она положила ее на низ живота, покрытый влажными от любовной росы мягкими волосками. Его ловкие и чуткие пальцы вновь начали исследовать ее лоно, нащупали заветный нежный бугорок клитора, задрожавший в ответ на его прикосновения.

– Кэээл,— простонала Джилл,— Кэлл,— в ее тихом протяжном голосе было столько мольбы и нетерпения, что мужчина, разведя влажные складочки, несколькими точными движениями подвел ее пиковой точке. Заставив Джилл громче застонать, она с силой свела бедра, сжимая его ладонь, и резко их разомкнула, выгибаясь в спине, содрогаясь от несильного, но такого желанного оргазма.

Дождавшись, пока волны захлестнувшего ее наслаждения утихнут, чувствуя лежащего рядом теплого, как печка Кэла, Джилл прошептала ему на ухо, щекоча дыханием взмокшую шею