Сергеев поймал себя на том, что в мыслях разговаривает сам с собой, как будто произнося слова с большой, гулкой трибуны. Кружилась голова. Это всё от недосыпания. К счастью, уже приехали.

Машина остановилась на обочине. Высотный шпиль бизнес-центра "Спайр" с круглой смотровой площадкой почти на самом верху разрезал ровную линию крыш домов. Вход на станцию - за ближайшим поворотом, в пяти минутах ходьбы.

Ксэ нажала на кнопку открывания двери. Дверь не открылась.

– Лейтенант.

Сергеев сделал паузу. По улице бесшумным гигантом проехал трейлер с серебряными буквами "TransAlum" на боку.

– Удачи вам на станции. А я пока посижу здесь. Просто так. Посплю. Если что, звоните. Всякое может случиться.

Ксэ пару секунд обдумывала услышанное.

– Хорошо.

Задняя дверца "Сеата" отъехала назад. Ксэ вышла из машины, привычным жестом одёрнула плащ и зашагала по улице к небоскрёбу, а Сергеев и вправду откинул спинку сиденья назад и устроился спать. Если она решила действовать по-хитрому, то и я буду по-хитрому. А лишать честных людей сна - возмутительно... Слегка дезориентированный от усталости мозг тасовал перед глазами странные случайные картинки. Лито сейчас, наверное, пробует пальцем ноги воду в горячей ванне. С лепестками... да, с лепестками. Сергеев сладко вздохнул и повернулся на бок.

Вестибюль станции "Спайр" был 25 метров в ширину, около 80 в длину. В час пик он не всегда справляется с потоком пассажиров. Люди проходили через турникеты со скоростью 58 человек за 20 секунд наблюдения, что примерно равняется 180 в минуту с поправкой на динамику. Принимая во внимание частоту прибытия поездов и нагрузку линии, на платформе в каждый момент времени должно быть от 91 до 287 человек. Температура 22-23 градуса, прямые источники воздуха с поверхности отсутствуют.

Ксэ миновала турникет - коммуникатор в кармане пискнул, регистрируя оплату проезда, открылись и закрылись стеклянные створки - и по короткому эскалатору спустилась вниз. Над платформой с трёх сторон нависал каменный балкон. В середине - спуск к путям, справа, дальше по балкону, - две одинаковые серые двери и пустой малоосвещённый коридор, уходящий перпендикулярно в стену. Ещё правее, на противоположной стороне балкона, белела застеклённая будка охраны.

Ксэ вышла из потока людей, направляющихся к поездам, и направилась к серым дверям. "Спайр" - одна из самых старых станций метро в Иэле, здесь нет многих предусмотренных современной архитектурой систем, нет также запасного выхода.

Правая серая дверь. Ксэ потянула за ручку. В нос ударил резкий запах стирального порошка. Ксэ открыла дверь - это была комната уборщиц. Две потрёпанного вида женщины, сидевшие на перевёрнутых вёдрах между забитыми чистящим средством полками, посмотрели на полицейскую почти совсем не удивлёнными глазами. Ксэ молча закрыла дверь и перешла ко второй. Заперто. На ключ. Действительно старая станция - механические замки, половые вёдра и порошок вместо автоматики.

Перпендикулярный коридор через 10 метров поворачивал влево. За поворотом - узкая лестничная клетка с двумя пролётами металлических ступеней, вверх и вниз. Всё-таки запасной выход? Маловероятно. По данным портала истории Иэле, раньше строить два отдельных выхода со станций считалось непрактичным, особенно в центре города.

Вверх или вниз? Как подумала бы "Красная Швея", где бы предпочла укрыться? В таких случаях обычно лучше выбирать очевидный вариант.

Освещение на "Спайр" было не таким ярким, как на большинстве других станций. На лестнице вниз было ещё темнее; люминесцентная трубка на стене гудела и время от времени мигала, оставляя выцветшие синие отпечатки на радужке глаз.

От нижней площадки, совсем неосвещённой, в обе стороны отходили тёмные коридоры. Ксэ спокойно ступила во тьму и повернула налево. Здесь любые догадки бесполезны. Воздух стал совсем спёртым, пахло сыростью. Слева и справа белели железные двери, по большей части запечатанные или запертые. Но у Швеи вряд ли есть ключ от одного из этих старых замков. Заметив первую открытую дверь, Ксэ слегка нагнулась и вошла внутрь.

Где же она.

Фонарик выхватывал из темноты голые стены с облупившейся краской, змеями льнущие к стенам трубы. Посреди комнатки на полу лежал свёрток. Клетчатый шерстяной плед с кистями. Невада сглотнула. Невысоко подняв руки, словно балансируя, чтобы не упасть, подошла ближе. Одеяло было свёрнуто аккуратно, в два слоя, как будто внутри было что-то живое. Ребёнок. Невада присела на корточки и, затаив дыхание, коснулась свёртка.

– Внимание пассажирам! Внимание пассажирам!

Женский голос из громкоговорителя звучал сверху, со станции, доходя до нижних ярусов мощным эхом.

– Внимание, пожарная тревога! Немедленно покиньте станцию через главный вход. Это не учения! Повторяю: внимание...

Раздался взрыв. Стены вокруг затряслись, с потолка посыпалась цементная пыль.

Невада инстинктивно схватила свёрток, прижала его к груди, вскочила на ноги. И тут же услышала в соседний комнате негромкий шорох.

– ...сохраняйте спокойствие...

Из комнаты слева выбежала женщина среднего роста. Тёмные волосы, короткая тёмная куртка поверх белой рубашки, толстый свёрток под мышкой. Не та, кого я ищу. Но я её знаю.