— Длань повреждена. Матрица разума… — тут когда то звонкий мальчишечий голос прервался, как будто собеседнику не хватило какого-то слова или понятия — Длань прямое соединение плохо есть. Разговор плохо. Понимать хорошо. Длань говорить — большие мертво живые идти. Множество уходить — бой.

— Не верю, — подумав, сообщил Кощей. — Вернее, в то, что что-то сюда идет, верю. А вот в то, что нам уходить надо, нет. И в то, что ты так сильно умом тронулся, тоже не верю. А потому проверю.

И, взяв паренька за плечи, прикоснулся своей головой к его.

Впервые кукла проявила эмоции. Заорала. И попыталась оттолкнуть живого лича. Но безуспешно, простой человек даже обычному мертвецу по силам не соперник, а уж высшему… Впрочем, Кощей отвалился от него сам спустя каких то пару секунд.

— Тьфу, — сплюнул он на землю. — Тьфу тьфу, тьфу, да тьфу, чтоб тебя!

— Ты чего?! — встревожился стоящий рядом маг.

— Да ничего, — еще раз сплюнул Кащей. — У этого урода такая защита на мозгах стоит… такая… мерзость! Да и я еще в менталистике через пень-колоду разбираюсь… тьфу… ну какая же дрянь, а?! Не был бы бессмертным, прямо тут бы окочурился!

— Время… Говорить лучше… Множество… рядом… плохо быть… — Судя по прерывающемуся голосу уже окончательно потерявшему всякое подобие человеческих черт, хреново было не только Кощею. Скрюченную грязную фигурку колотило крупной дрожью, вдобавок зрачки глаз полностью потеряли фокусировку и как у хамелеона ощупывали окружающее абсолютно независимо, оттеняя палитру безумия, нарисованную рукою мастера на лишенном даже намека на эмоции бледном лице.

— Может, ему помочь? — спросил чародей, глядя на мучения парня и начиная зачитывать целительное заклинание.

— Поздно, — покачал головой Кащей, с недовольной миной наблюдая, как конвульсии тела затихают. — Ментальная плюха Иллитида, отвешенная мне, прошла через его мозг и разрушила его. То, что это тело еще живет, заслуга чужой псионической силы.

Как будто в ответ на эти слова тело дернулось и застыло, по открытым взгляду присутствующим участкам кожи покатились крупные капли пота. Кукла иллитида медленно повернула голову в сторону Кащея и произнесла:

— Длань терять пять тел… Множество готовиться… Большие мертво-живые идти… Мертвый разум… — последнюю фразу кукла практически прошептала, безвольно заваливаясь назад, и устремляя в бездонное синее небо взгляд закатившихся зрачков уже абсолютно мертвого тела.

— Кто тут самый громкий? — спросил Кащей. — Трубите общую тревогу! И по амулетам и вслух, а то половина народа их уже наверняка сняла. Не знаю, какая пакость на нас идет и идет ли вообще, но лучше бы к ней подготовится на все сто!

В лагере спустя несколько секунд началась суматоха, в которой гномы хватались за луки, перепутав их в спешке с топорами, эльфы за гномов, желая вернуть свое имущество, а маги дружно держались за головы. Волшебство, пропитывающее их тела, сильно увеличило эффективность амулетов связи. Причем, кажется, весь апгрейд пошел на увеличение громкости. В общем и целом можно было сказать, что даже до начала боя на практически всех чародеев землян пало проклятие глухоты.

Ди, он же Дмитрий Клыков в некотором сомнении замер в тени дерева, растущего на самой границе огражденной частоколом деревушки, вплотную к бревенчатой ограде. Его весьма мерзопакостный на вид, хоть и довольно быстрый скакун выбился из сил несколько часов назад и был безжалостно зарезан катаной. Дампир не любил неразумных монстров, и пощады им давать не собирался. Разумных, впрочем, тоже не любил, поскольку и сам к ним относился…

— Полцарства за хорошего психоаналитика, — тяжко вздохнул парень снова поймав себя на полусозерцательной меланхолии о тяжкой судьбе себя любимого. — А если он действительно поможет, то я ему и целиком какое-нибудь маленькое королевство размером с Люксембург завоюю. Все равно у них армия меньше, чем банды в иных местах мародерствующие.

В общем Ди нужна была новая лошадь. Желательно такая, что не шугалась бы от сына Дракулы и могла неутомимо нести его на себе днями и особенно ночами. Ну, или хоть какая-нибудь. Ходить на своих двоих обоим половинкам его личности, впрочем уже почти сросшимся в единое целое, категорически не хотелось. А потому, едва он заметил на окружающей территории следы человеческого жилья в виде вырубки, как немедленно поспешил туда. За конем. Высокий забор, преградивший ему путь он просто перемахнул, не став утруждать себя поисками ворот. В них как правило стояла какая-никакая, но стража, а пускать его в поселение она, обычно, не хотела категорически. Денег же для их подкупа не было. Да и для приобретения лошади тоже. А пускать в ход катану против обычных людей было бы просто избиением младенцев, если их там конечно не армия.

Пробравшись на огороженную, но отнюдь не от дампиров, территорию, Ди удивленно замер. Рядом с ним никого не было. Даже в домах, глухие стены которых почти примыкали к частоколу. Зато большая толпа народа имелась где-то в центре поселения. Оттуда доносился неясный возбужденный гул, какое-то странное, но пронзительное мычание и запах гари пополам с ароматом шашлыка. Кого-то жгли.

— Ну что, пойдем на поиски приключений и симпатичных ведьмочек? — спросил сам себя Дмитрий и действительно направился вдоль узких безлюдных улочек к столпотворению народа. Но стоило ему выйти на центральную площадь деревни как первоначальный задор проведения спасительной операции испарился сам собой.