Антон хмыкнул. Похоже, призрак был отчаянно рад возможности выговориться…

Вместо вступления к эпизоду.

— Целый день со мной всякая фигня происходит.

— Так ещё утро!

— А я специально пораньше встал, чтобы со мной побольше всякой фигни произошло..

— Ну, и как тебе? — поинтересовался новоявленный зеленорожий связист. Рядом, на удачу, никого не было.

— Супер, — я поднял оба больших пальца.

— А как оно работает?

— Ну, я вызываю мелкого духа, и… — начал разъяснять шаман.

— Не, ты не понял. — Замотал я головой.

— Как этим пользоваться, вот что я имею в виду.

— А, ну всё просто. Называешь про себя того, с кем хочешь связаться. Или представляешь, или пальцем показываешь — и говори, сколько влезет.

— Вслух говорить?

— Можешь вслух, можешь про себя — услышат.

— А сразу со многими говорить?

Ркрыг покачал головой.

— Не совсем. Говорить многим — можно. Слушать многих не получается.

— Почему?!

Орк щёлкнул пальцами… И появившийся в голове многоголосый шёпот за несколько секунд вырос в рев сходящей лавины.

Снова щелчок пальцами, как только я скривился от непереносимого грохота.

— Понял?

Я потряс головой, выкидывая запоздавший шум.

— Нет.

Ркрыг вздохнул и начал поучающим голосом:

— Чтобы дух мог взять свою «зарплату», он должен донести до тебя сообщение. Если тебе в это время приносит своё сообщение другой дух, то опоздавший старается его перекричать… Теперь понял?

Я подумал, глянул на небо и сообразил:

— Слушай, а в очередь их как-то ставить можно?

— Не сейчас… Может, потом.

— А с сигналкой как?

Серёга недоуменно глянул на меня.

— Что? А, ты это имеешь в виду… Да, при наличии опасности для носителя или, там, боевой ярости у него же — дух начинает орать всей своей банде. Недёшево мне это обошлось, но работать будет.

— А слушать кого-то одного, не влезая в разговор, можно?

— Можно.

— Тогда, друг мой Серёга, назначаю тебя ответственным за информацию.

Он вылупился на меня как не знаю на что.

— Ну что ты смотришь. Вот так и начинались всякие гестапо. Будешь за связью следить, информацию собирать, слухачом поработаешь…

— Я?!!

— Ну не я же. Ну что, ещё утром ты был вольным шаманом, а сейчас уже начальник отдела в свежесозданной службе безопасности. Поздравляю с повышением.

— Иди ты в ***. — душевно выразился орк.

Посидели, помолчали в разные стороны.

— Да, забыл уточнить. Начальниками для тебя — я и Кащей, а подчинёнными — все, кого сможешь при нашем участии уговорить.

— Ты — и начальник. Офигеть. — и орк покачал головой.

— Неправильно говоришь. Ты — и вдруг начальник. — усмехнулся я.

— Я! — вскинулся шаман.

— Я сорок лет по степи племя Одинокого Орла водил, моё племя сотню сабель в худшие годы выставить могло! На сходе первым шаманом выбирали не раз, пятнадцать учеников меня добрыми словами вспоминают! Не тебе меня учить, молокосос.

— Конечно, не мне. — я скрипнул зубами. Сжатые кулаки покрылись чешуёй.

— Но если из-за тебя, из-за твоих действий или недеяния с отрядом что-то плохое случится — честью, здоровьем и жизнью отвечать будешь, не будь я человеком! — последние слова я негромко проорал ему в лицо, вскочив на ноги и нависая над шаманом. Трансформа задержалась на половине, не затронув лица, но успев превратить меня в чешуйчатое подобие латника.

Шаман даже не дрогнул. Он только ухватил левой рукой ритуальный кинжал и легонько ткнул себя в правую ладонь. На зеленоватой коже выступила капля крови.

— Кровью рода и силой шамана клянусь — все силы и умения приложу для блага отряда. Принимаешь ли ты, Перевёртыш, мою клятву?

— Я принимаю её. — и две руки, зеленокожая окровавленная и моя розовокожая, очистившаяся от брони, сошлись в рукопожатии над остывшими углями..

Через некоторое время до нашего угла добрался Шикамару. Запыхался аж, бедный.

— Связь. — коротко выдохнул он шаману.

— Указываешь на цель именем, жестом или образом. — терпеливо заговорил тот.

— И говоришь — вслух или про себя. Всё. Духов я уже привязал почти ко всем.

— И это «жучок»?! — удивился тот.

— Вместо подслушки получилась связь. А сигналка на месте. — пояснил я.

— Понял. — за ниндзя или, как его там, шиноби, разве что пыль не взвихрилась.

— Слушай, шаман. — с показной ленцой произнёс я.

— А зачем тебе связь, если не пользуешься?