– Только ты, Хадсон. Это всегда был только ты.

– Можешь доказать это мне, когда доберемся домой, - он отступил, оставляя ее теплой и ждущей. Позади него их уже ждал лимузин. Хадсон дернул за ручку и открыл дверь.
– После тебя.

Алли скользнула на кожаное сиденье, и Хадсон последовал за ней. Но не успел он даже устроиться на сиденье, как она очутилась на его коленях.

– Нам не обязательно ждать до дома, - она поймала его нижнюю губу зубами и потянула.

Низкий примитивный стон зародился в горле Хадсона, когда она проложила дорожку из влажных поцелуев по его подбородку. Одна рука стиснула ее волосы, другая ладонью накрыла ее грудь, большой палец принялся дразнить напряженный сосок.

– Ты пахнешь ими, - хрипло прошептал он ей на ухо.

– Так отметь меня, сделай так, чтобы я пахла тобой... нами.

Хватка Хадсона в ее волосах усилилась, он запрокинул ей голову, чтобы посмотреть в глаза. Без всяких сомнений, он оценивал ее настроение, решая, как далеко он позволит им зайти. Она любила его нежность, но таким она любила его не меньше. А то и больше. потому что в такие моменты она знала - он жаждет ее не только в физическом плане; то была безудержная нужда обладать ею - ее разумом, телом и душой. Эта нужда в точности вторила ее собственной, и именно она позволяла Алли полностью доверять Хадсону.

Он сидел абсолютно неподвижно, если не считать тяжело вздымавшейся и опадавшей груди. Когда он наконец заговорил, это была не просьба, а приказ.

– На спину, - сказал он.
– Покажи то, что принадлежит мне.

Алли подчинилась без промедления. Она откинулась на сиденье, пульс ее подскочил до небес при мысли о том, что вот-вот произойдет. Голодный взгляд Хадсона следил за каждым ее движением. Она задрала юбку, обнажая кружевной верх ее чулок.

– Я надела их, чтобы потом устроить тебе небольшой сюрприз, - прошептала она.

– Продолжай, - подтолкнул он. Его голос был лишен всяких эмоций, но огонь в глазах выдавал обжигающую страсть, кипевшую за спокойной наружностью.
– Все, кроме чулок и туфель.

Она стянула трусики, отбросив их в сторону вместе с платьем.

Хадсон опустился на колени на полу лимузина. Руки его опустились к брюкам и высвободили внушительную эрекцию, распиравшую ширинку.

– Я собираюсь пометить тебя, но сначала мне нужно попробовать тебя на вкус и хорошенько трахнуть, - рывком он раздвинул ее колени, раскрывая ее жаждущее лоно обнаженным и полностью в его распоряжении. Он лизнул ее естество, и все ее тело выгнулось. Руками он обхватил ее бедра, прижимая к сидению и принимаясь кончиком языка дразнить складочки. Она хотела двигаться, извиваться под его телом, жаждая желанных толчков. Но ее удерживали на месте его руки, и она могла лишь беспомощно покориться той сладкой пытке, которую он задумал.

– Ты будешь кончать от моего языка и моего члена, пока не начнешь умолять меня остановиться, - его слова были скорее обещанием, чем угрозой, и они вибрирующей волной прошлись по чувствительной плоти. В том, как он овладевал ею, не было ничего нежного, как будто им двигала лишь отчаянная нужда доставить ей удовольствие. И в ответной реакции ее тела тоже не было ничего нежного. Она быстро взорвалась в почти жестоком оргазме, пальцами вцепляясь в его волосы и тоненько вскрикнув. Он не отступил. Вместо этого он жестко удерживал ее на месте, продолжая лизать, посасывать и пощипывать, пока она больше не могла этого выносить.

– Пожалуйста, Хадсон, - она задыхалась.

Он рванулся вперед, его язык ворвался в ее рот и в тот же момент его член грубо вошел в ее тело. Она вскрикнула, и он начал двигаться в карающем, безжалостном ритме, прикладывая все усилия, чтобы сдержать обещание и заставить ее кончать снова и снова. Он жестко трахал ее, вминаясь в нее словно мужчина, одержимый желанием овладеть, заклеймить и подчинить. Когда она почти обезумела от наслаждения, он отстранился, окидывая взглядом ее дрожащее тело и сжимая свой член в руке. Он ничего не сказал, он просто смотрел на нее глазами, полными желания, и поглаживал свою эрекцию от основания до головки. Она видела, как его взгляд расфокусировался, затем губы раскрылись, резко втягивая воздух, и он кончил, выплескиваясь на нее протяжными горячими струями.

– Проклятье, - простонал он, рухнув на нее и тяжело дыша на ухо. Они лежали так несколько долгих минут, пока их дыхание не выровнялось в слаженный ритм.
– Ты моя, Алли. Полностью моя.

Абсолютно вымотавшись, она лениво водила пальцами по его позвоночнику.

– Твоя, - ответила она, хотя никому из них не нужно было подтверждение. Ничто не могло встать между ними, ни время, ни расстояние. Ни даже трагедия, шантаж или предательство. Десять лет спустя они наконец нашли свое счастье, и ничто не встанет на их пути.

Глава 3

Алли крутанулась на стуле к окнам, занимавшим всю стену за ее столом. Стоял апрель, но в Чикаго была далеко не весна, и хоть от речных вод отражались солнечные лучи, ветер, завывавший снаружи Ингрэм медиа, кусался как зимой. Даже в помещении Алли чувствовала холодок, и в сотый раз за день ее мысли метнулись к приближающемуся медовому месяцу. Хадсон держал в секрете все детали поездки, но ей удалось выпытать то, какого климата ожидать. Угроза упаковать по одной штуке всего сломила даже самого скрытного и помешанного на контроле мужчину. Но все равно, она узнала лишь то, что они направляются в тропики.