Они оказались в небольшом дворике. Возле стены под навесом, защищавшим от солнца, был разложен ковер.

— Фаина. — Прокричал Артенак вглубь дома. Обувь по его примеру Франсуа снял при входе и теперь с наслаждение вытянул уставшие ноги.

Фаина оказалась невысокой темноволосой женщиной с мягкими чертами лица. Она молча улыбнулась Франсуа и стала накрывать мужчинам на стол.

— Она — христианка. — Рассказывал Артенак. — Родственники живут общиной в горах Ливана. Пригнала коз на базар и встретила меня. Мы живем вместе уже семь лет и довольны друг другом. А теперь расскажи о себе. Зачем приехал, что собираешься делать?

Франсуа задумался. — Боюсь, не смогу объяснить, как следует. Несколько лет назад я тяжело заболел. Я должен был умереть. Пресвятая Дева явилась мне и сказала, чтобы я служил ей, когда выздоровею. Я видел ее так ясно, как тебя сейчас. С тех пор я нахожусь в пути. Жду, когда она явит свою волю. Потому пришел сюда. Мне кажется, я должен был так поступить.

Артенак слушал серьезно, а Франсуа продолжал все тем же спокойным невыразительным голосом. Так усталые люди рассказывают о долгой изнурительной, но благополучно завершенной дороге.

— И что ты намерен делать теперь?

— Не знаю. — Просто отвечал Франсуа.

— Но все таки? Сегодня. Завтра. Ожидание может тянуться долго.

— Я только пришел в город и уже встретил тебя.

— Может быть, ты прав. Тебе не мешает осмотреться, прежде чем решить, что делать дальше. Я буду рад быть тебе полезным, хоть от такого старика не много прока. — Видя, что Франсуа готов оспорить его слова, Артенак показал на вмятину во лбу. — Это я получил во время осады Триполи. С тех пор теряю сознание в самых неожиданных местах. В прошлый раз прямо на улице. Хорошо, что меня узнали и привели домой. Я не могу ездить верхом и держать оружие. Подожди. У меня есть для тебя подарок. — Артенак заспешил в дом и вынес лук непривычной формы. — Возьми. Это — арбалет. Благодаря этой ручке ты можешь натянуть тетиву без всяких усилий и легко удерживать, пока целишься. Наши освоили эту премудрость лишь недавно, а сарацины владеют хорошо и бьют без промаха.

Крылья лука были оправлены металлом и украшены насечкой. Оружие пришлось Франсуа по руке. Он вложил стрелу и стал натягивать тетиву при помощи механизма, укрепленного на рукояти. Артенак показал на деревянный щит с другой стороны двора. — Видишь круг. Прицелься. Не торопись.

Франсуа выстрелил трижды. Мужчины, как дети, заспешили к мишени. Стрелы на полпальца ушли в дерево, вытащить удалось с большим трудом. Артенак был в восторге. — Ты — лучший стрелок из всех, кого я видел. Он твой. А теперь вернемся к столу. Сейчас здесь жарко. Иногда я целый день не прикасаюсь к еде. Учти, ты должен все время носить с собой воду, даже когда привыкнешь к жаре. Когда из пустыни налетает ветер, кажется, что все внутри высыхает. Люди страдают от сильной головной боли. Говорят, этот ветер — дыхание Дьявола. Помни, вода — это лекарство. Всегда носи ее с собой и пей понемногу, когда почувствуешь дыхание ветра. Я дам тебе флягу. Никуда не выходи без нее.

Некоторое время они ели в молчании, затем Артенак вернулся к разговору. — В чем ты видишь свое назначение? Погоди, я поясню. Каждый из нас знает цену своим поступкам и может сверить их с Евангелием. Даже упорствующий грешник ведает, что творит. А ты бродишь, как человек, пытающийся поймать кошку в темной комнате. И даже не знаешь, есть ли она там.

— Я не могу тебе ответить. — Франсуа не расставался с арбалетом. Он положил его рядом и постоянно находил рукой. — Но мне кажется, когда время наступит, я смогу сделать правильный выбор.

— Пока будешь выжидать?

— Надеюсь, что ожидание не затянется.

— А я хотел бы, чтобы воля Божья вмешивалась в мою жизнь пореже. Смерть я готов отложить, а со здешними делами думаю справиться сам. Что может быть лучше, чем распоряжаться отпущенным временем в свое удовольствие. Один из немногих даров, которые приносит старость.

Отдыхали, лежа на подушках. Молчали. Во двор вошел мальчик лет четырнадцати. Он, видно, спешил и теперь пытался отдышаться. Поверх рубахи в ножнах на поясе висел нож, мальчик придерживал оружие рукой, явно гордясь и важничая.

— Чего тебе, Лука?

Недоверчиво поглядывая на Франсуа, Лука зашептал в самое ухо. Получил ответ и тут же исчез.

— Вот пример в твою пользу. — Артенак засмеялся. — Зовут во дворец. Будем собираться. Я хочу взять тебя с собой. В течение месяца я бездельничал, но стоило тебе появиться, и события стали торопить. Болдуин не беспокоит меня по пустякам. Он знает, я не люблю шумных сборищ и охотно сижу дома. Но иногда он не против сыграть со мной партию в шахматы. Конечно, есть более сильные игроки, готовые к тому же подыграть. Но, играя со мной, Болдуин любит порассуждать на всякие темы, не имеющие отношения к шахматам. Иногда мы даже забываем закончить партию. Болдуин не принимает решений, не обдумав их, как следует. Я далек от здешней суеты, и он предпочитает меня как собеседника, чьи соображения не подсказаны выгодой. Так что вечером мы идем во дворец.

— Ты хочешь взять меня с собой?

— Вечером здесь опасно ходить одному. Король высылает за мной провожатых. Сегодня я сказал, что доберусь сам. Похоже, ты прав, твое появление торопит события. Восток учит покоряться судьбе. Я противник такого взгляда и сопротивляюсь ему по мере сил. Кого интересует мнение старика? Но я скорее исключение, некоторые мои мысли долетают до ушей того, кто хочет их услышать. Шахматы — самое подходящее для этого время. Ну вот, я опять разговорился. Еще одна привычка, непонятная молодежи.