Бородатое лицо Хамуда оставалось таким же упрямым, как всегда.

— Я не могу дать тебе людей и оружие для налета на космопорт Кеннеди. Это будет безумие — особенно когда местная полиция и ополчение уже воспламенены твоей атакой.

— Мои люди гибли тысячами, сражаясь в твоей войне! — проревел Лео. — А теперь мне нужна кое-какая помощь…

— Самоубийственная акция — глупость! — отрезал Хамуд.

— Что здесь происходит? — спросила Бхаджат, выходя в центр помещения.

Хамуд сердито показал на Лео.

— Ему нужны определенные снадобья.

— Чтобы остаться в живых. И не наркотики. Стероиды. И другие лекарства, ферменты и прочее, для поддержания работы тела. Жил на них с тех пор, как мальчишкой стал играть в футбольный команде колледжа.

— И он хочет, чтобы мы достали их ему, устроив налет на Кеннеди.

Голос Лео сжался, снизил громкость, когда он пояснил Бхаджат:

— Понимаешь, препараты для меня делали здесь, в этой лаборатории. Вот потому-то я и застолбил это место для своего побега. Но Гаррисон обманул меня и упрятал медикаменты в Дж. Ф. К.

— Почему в космопорте? — спросила Бхаджат.

— Потому что он отправляет их на «Остров-1». Может быть, они уже там… не знаю.

— Тем больше причин, — указал Хамуд, — держаться подальше от космопорта. Это ловушка для нашей поимки.

— Я должен получить эти препараты! взвился Лео.

— Погоди, — остановила его Бхаджат и спросила:

— Гаррисон? Тот самый, который контролирует «Гаррисон Энтерпрайзис?»

Лео кивнул.

— И он же контролирует «Остров-1», — добавил Хамуд, — вместе с четырьмя другими людьми.

— Включая шейха аль-Хашими. — Она чуть не сказала моего отца, но в последний миг спохватилась.

— Включая шейха, — подтвердил Хамуд.

— Они живут на «Острове-1», — сказал Лео, — все пятеро.

— Все? — переспросила Бхаджат. — Включая аль-Хашими?

Хамуд кивнул.

Ей вдруг все стало ясно.

— Значит, мы тоже должны отправиться на «Остров-1».

— Что?

Лео воззрился на нее, разинув рот.

— Неужели вы не видите? — обратилась Бхаджат к ним обоим. — Все идеально сходится.

Хамуд медленно прошел через кабинет к ней.

— Что ты имеешь в виду?

— «Остров-1» контролирует все спутники Солнечной Энергии, — разъяснила Бхаджат. — Всякий, кто контролирует «Остров-1», контролирует всю энергию, передаваемую с этих спутников на Землю.

Глаза Хамуда расширились.

— От этой энергии зависит почти вся Европа.

— И большая часть Северной Америки, — добавила Бхаджат, — так же как и Япония.

— Уничтожив «Остров-1», мы сможем уничтожить всю энергетическую систему! — возликовал Хамуд.

— Мы не уничтожим его, — твердо заявила Бхаджат. — Мы захватим его, а вместе с ним пятеро самых богатых и могущественных людей в мире. Представляешь, какие из них выйдут заложники!

— И у них там есть мои стероиды, — сказал Лео.

— Захватив и удержав «Остров-1», — продолжала Бхаджат, — мы сможем одним ударом свергнуть Всемирное Правительство. Революция победит, и начнется новый мировой порядок.

— С нами во главе, — стиснул кулаки Хамуд.

— Именно.

— Мы сможем захватить его, — прикинул Хамуд, — если достанем транспорт. Но как мы сможем удержать его? Всемирное Правительство может сбить нас с неба. Лазерные спутники смогут уничтожить нас за несколько минут.

— Вместе с десятью тысячами заложников на борту? — улыбнулась ему Бхаджат. — Вместе с Т. Хантером Гаррисоном, шейхом аль-Хашими и всеми остальными? Вместе с Центром управления Спутниками Солнечной Энергии? И они уничтожат это? Они не могут, и поймут, что не могут.

— Мы их взгреем! — возрадовался Хамуд.

— И мы сможем заставить их освободить мой народ, — добавил Лео.

— Мы сможем управлять миром правильно — по-нашему! — сказал Хамуд и при мысли об этом действительно улыбнулся.

Бхаджат кивнула и ничего не сказала.

— Но… — Лео поднял тяжелую руку и показал на потолок. — Как мы попадем туда? Они не станут присылать нам приглашение, выгравированное на карточке.

— Нет, станут, — пообещала Бхаджат. — Предоставь это мне. — И внутренне улыбнулась. «Отец хотел, чтобы я отправилась на «Остров-1». Теперь его раскаявшаяся дочь попросит у него прощения и разрешения быть с ним».

В помещение ворвался молодой араб с диким взглядом и едва видным на челюсти синяком.