Роксана ещё раз покосилась на красную бархатную коробочку, потом вскинула настороженный взгляд на директора и подумала, что он малость сбрендил от переутомления.

— Нет, сэр, — честно сказала она.

— Плакса Миртл — это призрак ученицы, которая погибла в туалете Хогвартса примерно сорок лет назад. Это длинная история, но с тех пор эта юная леди периодически навещает мою личную ванную комнату, чтобы напомнить мне, что я, как один из учителей, ответственен за её смерть. Это здорово утомляет, потому что она совершает набеги на канализацию только тогда, когда в ванной нахожусь я, — директор горько вздохнул. — Но, как правило это производит эффект.

Роксана вскинула брови. В её голову чередой поползли нехорошие фантазии о том, как директор в своей великолепной пурпурной мантии восседает на «троне», читает «Ежедневный пророк», а чей-то голос из канализации стонет: «Это ты-ы убил меня-я, а Хлоя Гринграсс назвала Роксану Малфой шлю-юхо-ой!»

Она потрясла головой.

— Кроме того, Миртл известна своей любовью к сплетням, — продолжал Дамблдор. — Она доложила мне о происшествии в туалете примерно полчаса назад.

— Значит вы меня не накажете? — осторожно предположила Роксана.

Каке-то время Дамблдор смотрел на неё. На её расцарапанную физиономию.

— Накажу, мисс Малфой, — вынужденным тоном сказал он. — То, что мне известно о реальном положении вещей не означает, что я закрою глаза на драку. Со Слизерина будет снято пятьдесят баллов.

Роксана уронила плечи. Ну всё, теперь они её точно закопают.

— Драки, как и курение строго запрещены. Но в Слизерине уже не первый год процветает традиция игнорировать некоторые школьные запреты и мне эта традиция категорически не нравится. Кстати, насчет запретов, — тут он выразительно поправил очки и Роксана почувствовала себя не в своей тарелке. — Это правда, что вы не ночуете в своей комнате, мисс Малфой?

Ей стоило большого труда посмотреть старому директору в глаза, но она себе пересилила.

— Правда, профессор, — вздохнула она.

Дамблдор кивнул.

— Мне стоило бы вызвать сюда и мистера Блэка, чтобы провести с вами беседу, но я уверен, в Хогвартсе есть те, кто справится с этим даже лучше, чем я.

Роксана чуть не застонала.

Опять лекция у мадам Помфри?! Опять страшилки о беременности и волшебных заболеваниях?!

— Кроме того, за повторное нарушение одного из главных школьных правил я на две недели назначаю вам вечернюю отработку. Порознь. Зал Славы нуждается в хорошей полировке, так что и вам и мистеру Блэку будет чем занять руки и головы. Последние несколько лет Совет просто вопит о распущенности в Хогвартсе, — Дамблдор покачал седой головой. — Нам уже хватило истории с мисс Забини. А учитывая трагические события последних месяцев, нам итак приходит изрядное количество возмущенных писем, — и он бросил взгляд на гору бумаги справа от себя.

Роксана опустила взгляд.

Глаза Дамблдора вдруг добродушно сверкнули.

— К тому же, если бы я стал писать родителям своих учеников всякий раз, когда их обнаруживают за гобеленом или когда они насылают друг на друга прыщи или чесотку, во всем Хогвартсе закончились бы чернила и пергамент, — он аккуратно открыл коробочку со сладостями, снял с них папиросную бумагу, покрытую сахарной пудрой и аккуратно положил на стол. Развернул коробку и подвинул ближе к Роксане.

Роксана качнула головой и взяла рахат-лукум, с которого, согласно рекламе на упаковке, никогда не осыпался сахар.

— Вы добрее, чем директор Каркаров. Он бы просто отправил меня в карцер. А мадам Максим отстегала бы палочкой по рукам. Она всегда так делала, когда перед завтраком видела у кого-нибудь из учениц... что-нибудь такое. Жалко, что меня сразу не отправили в Хогвартс, профессор, — Роксана сунула угощение в рот целиком и сразу пожалела об этом, почувствовав себя жадным прожорливым хомяком. — А на письма моим родителям все равно наплевать, — невнятно проговорила она и перепуганно вскинула взгляд, почувствовав, что перегнула палку. — И-извините, сэр.

Дамблдор улыбнулся в ответ на её «похвалу», но почему-то сразу посерьезнел.

— Собственно, мы как раз подошли к причине, по которой я и хотел с вами поговорить, мисс Малфой. На прошлой неделе ваша мать прислала мне письмо, — в отличие от коробочки, оно нашлось сразу. Дамблдор протянул его Роксане. — Прошу вас.

Роксана перестала жевать и с опаской посмотрела на герб Малфоев на конверте, после чего осторожно взяла пергамент и развернула. В первые секунды у неё в голове пронеслась шальная мысль, что отец решил с ней примириться, но эта радужная иллюзия растаяла, как только она вчиталась.

— Она просит вернуть деньги, — пробормотала она, не веря своим глазам. — Которые они заплатили. За то, чтобы меня взяли на седьмой курс, — она сглотнула. — Требует, чтобы вы исключили меня!

— Да.

Роксана продолжила чтение.

Последний абзац заставил её вскочить на ноги.

Она в ужасе уставилась на директора.

— Я украла фамильные драгоценности?! Я?! Да как она... как... — у Роксаны перехватило дыхание.

— Я знаю, Роксана, — спокойно ответил Дамблдор. — Присядь.