– Что у тебя заело?
– ткнул его локтем в бок сосед.
– Капитан же вчера говорил, что на дороге были диверсии большевиков...

– Какие к черту диверсии?
– насмешливо хмыкнул первый, тыча куда-то в стекло пальцем.
– Здесь же был бой, самый настоящий бой!

Возле одной из стен вокзала медленно чадила какая-то груда железа, в формах которой угадывался грузовик. Возле него суетились солдаты, тащившие тяжелый брезентовый шланг. К ним то и дело подбегал какой-то офицер и судя по приглушенным крикам, за что-то их распекал.

– А наш-то, смотрите, как вытянулся!
– усмехнулся Отто, кивая на стоявшего капитана.
– Ему, видно, тоже досталось... Вот как бы и нам за одно не попало...

И действительно, через несколько минут состав затрясло от забегавших как тараканы солдат. Батальон, перебрасываемый из местечка Ле Бурже, наконец-то, добрался до передовой. И кому какое дело, находиться ли передовая на стыке двух сражающихся армий, или ее линия проходит где-то в самой глуше по сердцам обычных людей...

Ругань! Гомон! Топот! Лязг оружия! Топая сапогами, солдаты строились на перроне.

– Быстрее, быстрее, лейтенант!
– сквозь зубы шипел капитан, зацепившись взглядом за бежавшего последним Отто Шеера.
– Если вы воюете точно также, как и выполняете мой приказания, то мы можем вообще большевиков не видеть! Быстрее, быстрее... Полковник смотрит...

Наконец, строй замер. Идеально выверенная линия, образованная кончиками сапог, могла навести на мысль о специально натянутой веревке или линии, начертанной мелом на земле.

– … На станции была совершена диверсия местными коммунистами. Практически все бандиты уже пойманы, оставшиеся скрываются в домах и подвалах. Командирам подразделений оцепить прилегающие к станции и комендатуре улицы. Обеспечить сплошной обыск домов и всех находящихся в них. Внимание. Подвалы домов осматривать только те, которые помечены как безопасные, - капитан все это время почему-то смотрел именно Шеера, словно это именно он должен все сделать.
– Участки уже нарезаны. Квадрат 1 и 2 в зоне ответственности первой роты, - офицер, стоявший с краю строя, что-то отметил у себя в блокноте.
– Квадрат 3 и 4 в зонте ответственности 2 роты …

Строй на мгновение замер и сразу же пришел в движение. Небольшие подразделения словно ручейки растеклись по улочкам городка, перекрывая все подходы к станции и комендатуре.

… Отто был в недоумении. На его участке было целых пять домов, два из которых были большими, сделанными из добротного красного кирпича, и три больше похожи на бараки, в которых держат скотину. «У меня только десять человек, - теребил он листок блокнота, на котором схематично были изображены некоторые улицы города.
– Черт, да в этих домах жителей с полсотни... Как их всех проверить?».

Однако его солдаты оказались более опытными. Особенно выделялся красномордый ефрейтор, успевший уже где-то раздобыть нашивку за тяжелое ранение.

– Всем выйти на улицу!
– рявкнул он со всей дури и продублировал приказ парой выстрелов из карабина.
– Быстрее, быстрее, русские свиньи!

Под его руководством двое солдат быстро высадили рамы из двух окон первого этажа.

– Люди, выходите на улицу!
– верещал под звон оконного стекла приданный им переводчик из местных — пожилой дядька в мешковато сидевшем на нем костюме.
– Это всего лишь проверка документов! Быстрее! Немецкие солдаты, только проверят документы!

Откуда-то из глубины здания раздался женский визг, а потом из распахнувшейся двери выбежала светловолосая женщина, прижимавшая к себе ребенка. Следом скатился со ступенек невысокий мальчишка.

– Выходите на улицу и приготовьте свои документы!
– переводчик подошел ближе к выходившим людям.
– Строиться возле стены... всем приготовить документы...

Жители испуганно жались друг к другу. Некоторые теребили в руках какие-то бумаги, на таких смотрели с завистью, а кое-кто и с ненавистью.

– Ты, ты и ты в сторону, - мужичок ткнул пальцев в троих, протягивавших выписанные комендантом разрешения на работу.
– Стоять здесь и ждать, что скажет господин лейтенант.

Вдруг из дома раздались выстрелы. Один! Второй! Гулко лопнуло стекло на втором этаже!

– Туда, живо!
– Шеер кивнул головой двоим солдатам, стоявшим рядом с ним.

Через несколько минут из дома выволокли окровавленное тело, своим видом напоминавшую освежеванную говяжью тушу на бойне. Человека бросили в пыль и только тогда стало видно, что в его руке был зажат обычный кухонный нож.