Люмьер пожал плечами и из пола перед Правящей вырос сосуд, в котором уже лежали костяные пластинки с именами его свиты. Такие же должна была вложить она и то, как они соединятся – будет парами.

– Вы так предусмотрительны, – Теаналь чуть насторожилась, высыпая в сосуд пластинки с именами и номерами из свиты Тени. Спустя миг сосуд выстрелил пластинками в стену, где они заняли свои места. Пары вышли странными.

– Только номера? – в голосе Правящей прорвалось изумление, когда она взглянула на первую табличку, где напротив её собственного имени стояла цифра «четыре».

Один из сидящих на костяном стуле поднялся, ступил в сторону. Спинка стула оказалась выполнена в точности как цифра.

Вторым предстояло сражаться Йоггелю против «двойки». «Тройка» из числа некромантов должна была сражаться с Вацлавом. Затем против «единицы» предстояло выйти Касту. Четвёртый бой у Амии против «пятерки». Под «шестым» номером предстояло сражаться некроманту с банкиршей Меренгаль.

Некромант из северной столицы вышел в круг. У него не было ничего, по чему можно было бы опознать, кто он. Даже лица – его заменила костяная маска.

Теаналь, так же шагнувшей в круг, это не понравилось. Она досадливо нахмурилась, поправляя волосы. Потом взглянула на своего повелителя.

Должна ли она была раскрыть весь свой боевой потенциал? Или лучше было изобразить из себя опасного середнячка?

Тень не дал подсказки. Он наблюдал… и ему было интересно.

Теаналь склонила голову. Ей отчаянно хотелось понравиться Изначальному, но пока она совершенно его не интересовала. Точно так же, как её саму не интересовал противник.

Едва вспыхнула костяшка с их номерами, Четвёртый вскинул руку, отправляя в Правящую град костяных игл со страшным ядом.

«Глупо». – Взгляд Теаналь потяжелел. – «Совсем глупо», – эту мысль она вложила в голову некроманта, как патрон в обойму. А спустя мгновение патрон стал смертельной пулей, потому что костяные иглы, подчиняясь приказу Правящей, повернулись и атаковали уже некроманта.

Отвлечённый её силой, он не успел защититься… и только прах Четвёртого осел на костяной пол, впитываясь в него.

Девушка вернулась к Изначальному, спокойной летящей походкой. Сотворённое было лёгким, и погибшего некроманта ей было совершенно не жаль.

– Второй бой, – звонко выкрикнула она, встав рядом с Тенью.

Вацлав спокойно вышел в круг, равнодушно глядя на противника. Он не чувствовал здесь никого стоящего…

Да и из северных некромантов вышел мальчишка. Молоденький, недавно обращённый, попавший на круг в число выбранных по жребию по жестокой случайности. По словам провидицы, что двое умрут в любом случае.

Мальчишка хотел умереть, сохранив для своего клана более важных членов. И именно поэтому он сделал всё, чтобы приготовить для своего врага несколько смертоносных сюрпризов, скрытых до поры до времени.

Мальчишка первым даже не смог атаковать, это сделал Вацлав.

Он просто пошевелил рукой, и мальчишку поймали две огромные костяные ладони, появившиеся из пола.

– Думаю… ты не сталкивался с «железной девой»? – Скучающей спросил Вацлав, пока ладони превращались в две части известного орудия пыток.

Кто-то в зале тихо вскрикнул. Мальчишка побледнел, потом что-то прошептал и вскинул голову.

– Не сталкивался!

Тело некроманта едва уловимо засветилось.

– Вижу, ты не хочешь умереть быстро, мальчик? – Древнему, похоже, стало интересно. – Какие интересные проклятия… но «железную деву» изобрели как раз для очень долгого умерщвления жертвы. Я никуда не спешу, скоро ты сам будешь просить, чтобы кто-то сжалился и оборвал твои страдания… – Вацлав говорил почти ласково, могло показаться, что он даже сочувствует мальчишке. – Ах да… я забыл сказать… моя «дева» не даст тебе умереть от ее воздействия.

И в этот миг тело мальчишки пронзили десятки костяных игл, не повредившие ничего жизненно-важного. Самая настоящая «железная дева».

Мальчишка дёрнулся раз, второй, попытался с помощью некромантии разжать смертельные объятия и заскулил.

А потом… неожиданно обмяк.

– Слабак. – Вацлав развернулся и пошел прочь. Самоубийство он всегда считал верхом слабости.

Железная дева сверкнула раз, второй и истаяла крупными хлопьями праха. А вслед некроманту взлетели, словно разозлённые осы, смертельные проклятья мёртвого мальчишки.