И все же я не могла не думать о нежном голоске на заднем фоне.

Не могла не думать о заявлении Эсси, что настанет день, когда ему придётся сделать выбор.

Глава 23

Я не виделась и не разговаривала с Девлином до следующего дня. Да и на эксгумации мы перекинулись всего лишь парой фраз. Я рассказала ему про появившуюся в блоге эпитафию, и он согласился, что это любопытная деталь, но вряд ли улика.

— Сомневаюсь, что этого хватит для судебного ордера на доступ к IP-адресам, к тому же готов поспорить, что комментатор использовал анонимайзер[27]. Подобную информацию нельзя будет использовать в процессе, потому что её не хранят. По крайней мере, так утверждают провайдеры.

— Я тоже так подумала.

— Однако мне бы хотелось пересмотреть вместе с вами все снимки «Дубовой рощи». Возможно, вы правы. Возможно, вы сфотографировали что-то важное, просто мы это ещё не обнаружили. Нужно внимательнее изучить фотографии.

— Хорошо. В любое удобное для вас время.

Похоже, он перестал злиться, и меня это очень обрадовало, хотя часть меня не могла не гадать, не вызван ли этот душевный подъём обществом женщины, с которой он провёл прошлую ночь.

Сегодня Девлин был одет более буднично, чем обычно: джинсы, хлопковая рубашка с закатанными рукавами и лёгкий жакет, который он снял из-за жары, обнажив ремень с кобурой и пистолетом.

Я медленно отвела взгляд от оружия, хотя была им загипнотизирована. Идеально подходит мужчине, которого Темпл описала как опасного.

— Я попрошу усилить патрули в вашем районе.

— Значит, вы всё-таки думаете, что это убийца разместил эпитафию, — забеспокоилась я.

Он прикрыл глаза, словно очень старался скрыть беспокойство.

— Бережёного бог бережёт.

При сложившихся обстоятельствах подобная избитость мало успокаивала.

Собралась небольшая группа криминалистов, и Девлин пошёл переговорить с одним из детективов. Я отошла в тень и стала наблюдать, как Итан протягивает координатную сетку[28] над могилой. Затем они с Темпл счистили лопаточками землю со скелета, пока ассистент держал экран, а Регина Спаркс делала снимки.

В какой-то момент она встала рядом со мной. Её рыжая чёлка прилипла ко лбу, на футболке в районе подмышек образовались пятна пота.

— И снова жара.

— И духота.

— Не лучший день копаться в человеческих останках.

— А разве для этого бывает хороший день?

Она улыбнулась.

— Я видела всё, что можно сотворить с телом, — некоторое вы даже представить себе не можете, — но подобное всё равно наводит на меня жуть.

— Эксгумация? Вы меня удивили.

— Знаю. — Она повертела камеру в руках. — Странно, но когда труп свежий — как в ту ночь — я не особо беру это в голову. Но выкопать тело, похороненное родными… над которым молились, плакали… мне это кажется неправильным.

— То есть вы предпочтёте иметь дело с жертвой убийства, чем с полностью разложившимся телом, которое предали земле?

— Говорю же, это странно. — Она бросила на меня косой взгляд. — А вы кажетесь совершенно спокойной. Присутствовали на подобном прежде?

— Да. Я работала государственным археологом, и как-то раз мы перекопали целое кладбище.

— И сколько тел было?

— Дюжины. Нашёлся даже гроб из чугуна в форме египетского саркофага. Сохранился в идеальном состоянии и весил целую тонну. Никогда не видела ничего подобного.

— Вы его вскрыли?

— Нет, плохая идея. В девятнадцатом веке бальзамировщики экспериментировали с множеством интересных жидкостей, включая мышьяк.

— Неплохой получился запасец гробовой жидкости?

Она имела в виду вязкую чёрную жидкость, которую иногда находили в погребальных камерах.

Немного нереально стоять вот так в тени и спокойно беседовать о чём-то настолько ужасном, но учитывая всё происходящее, это была довольно подходящая тема. Мой взгляд вернулся к Итану и Темпл. Они работали с освещённой стороны, поэтому казались мне просто силуэтами: пара жнецов с лопаточками и в солнцезащитных очках.

Череп уже обнажился. Взгляд его пустых глазниц пугал меня даже при свете дня.

Собравшиеся вокруг могилы полицейские либо говорили приглушённым голосом, либо молча наблюдали за эксгумацией. Я услышала чей-то смех и обернулась через плечо. Никого. Дурацкая чувствительность.

— Похоже, Девлин глаз с вас не сводит, — заметила Регина.

— Что? — удивлённо обернулась я.

Она указала подбородком в его сторону.

— Он всё время посматривает в нашу сторону.

Потребовалось немаленькая сила воли, чтобы не посмотреть на него.

— Откуда вы знаете? Он же в очках.

— О, я-то знаю. Я всегда всё знаю. — Она склонила голову набок, осматривая меня внимательным взглядом. — Знаете, вы не первая, кто попался на его чары. Девлин — один из тех мужчин, что заставляет женщин особенно остро почувствовать наши биологические часы. Подозреваю, всё дело в феромонах.

— Вы давно с ним работаете? — постаралась спросить я будничным тоном.

— Достаточно, чтобы понять: эту броню сможет пробить только намного более сильная женщина, чем я.