— Два прокола?

— Да. Я позвонила в придорожный сервис, но сигнал постоянно пропадал. Возможно, оператор даже меня не расслышал. Если бы не вы... — на этот раз голос предательски дрогнул.

Он обернулся и внимательно всмотрелся в моё лицо.

— Что случилось?

— Скорее всего, ничего важного, просто на обочину неподалёку от меня съехала одна машина. Только вот двигателя я не услышала, да и фар водитель не включал. Он просто... стоял там. А затем, как только появился ваш автомобиль, водитель дал по газам. На мгновение мне показалось, что он собирается меня протаранить.

— Эта сельская и довольно бедная часть округа. Много наркотиков, много криминала.

— Думаете, я наткнулась на наркодилера?

— Я бы не удивился.

Он посмотрел на монтировку, которую я всё ещё сжимала в руке.

— У вас найдётся домкрат?

— Да, конечно.

— Тогда давайте снимем спущенное колесо. Я знаю одного механика в Хаммонде. Возможно, мы сможем уговорить его не закрывать гараж, пока он не поменяет нам оба колеса.

— Спасибо.

Он опустился на колени и ослабил зажимные гайки.

— Не за что. Я же не могу бросить вас ночью в глуши.

— Я знаю, но... — Взглядом окинула опушке леса и вздрогнула. — Вы даже не представляете, как я рада вас видеть.

***

Механик в Хаммонде поддался нашим уговорам, но цену заломил. Расставшись с шестьюдесятью долларами, но получив две исправные шины, я наконец-то пересекла мост Равенел и оказалась в Чарльстоне.

Девлин проехал за мной весь обратный путь и подождал у обочины напротив дома, пока я зайду внутрь. Я поспешно включила свет в коридоре и вышла на веранду, чтобы помахать ему на прощание. Если бы я была хоть чуточку общительнее, то пригласила бы его на чашечку кофе или чего-нибудь покрепче. Лучше ему не проводить эту ночь в одиночестве. Но годы осторожности и уединения по-прежнему сильно влияли на моё поведение, поэтому я просто стояла и смотрела, как он уезжает.

К тому же, по правде говоря, я побаивалась остаться с Девлином в доме наедине. Меня беспокоил не только странный упадок сил, который я ощутила, когда он поспал в моём кабинете в прошлый раз. Мне не давали покоя слова Темпл.

Есть в нём что-то такое... не уверена, что смогу объяснить. Я знаю мужчин, как он. Они собранны и осторожны внешне, но при правильных условиях... с правильной женщиной...

Что меня беспокоило больше всего? Трудно сказать. Сможет ли Девлин потерять со мной контроль... или нет?

Сумасшествие какое-то. Думать мне больше не о чем.

Заперев входную дверь, я направилась прямиком в ванную, помылась и приготовилась ко сну. Я так вымоталась после вечерних мытарств, что хотела просто отключиться.

Но мозг на паузу не поставишь. Стоило только голове коснуться подушки, как мысли разбежались.

Я не призналась Девлину, что именно видела на опушке леса — ни вечером, ни днём, — потому что не знала, как это объяснить. Что бы я сказала? «Из-за моей связи с вами и вашими призраками через завесу прошла некая тёмная сущность, и я не знаю, смогут ли правила моего отца меня защитить?»

Меня пугало ещё и нечто зловещее, а именно чёрный «седан», который умчался, стоило только фарам другой машины появиться на горизонте. Я всем сердцем хотела верить, что случайно наткнулась на некую преступную деятельность, что объясняло своеобразное поведение водителя, но сомнения уже начали прогрызать дыру в моей теории.

Ведь именно чёрный «седан» чуть не сбил меня на стоянке ночью, когда выкрали мой портфель.

Я пыталась убедить себя, что у убийцы нет причин нападать на меня, раз я отправила фотографии Девлину, но теперь я забеспокоилась...

А вдруг я увидела нечто важное, хотя не знаю, что именно?

А вдруг на тех снимках есть скрытый символ, который могу истолковать только я?

А вдруг я действительно ключ к расследованию убийства Ханны Фишер?

На улице поднялся ветер. Зашелестели ветви деревьев, далеко в саду зазвенел колокольчик. Я лежала и дрожала, хотя ночь была приятна и тепла.

Высунув руку из-под одеяла, я потянулась к амулету Эсси на тумбочке. От мешочка исходил затхлый запах, который я раньше не ощущала. Я начала передвигать вещицу на край стола, но затем сунула под подушку.

Отведёт злых духов.

Надеюсь, она права.

Глаза закрылись, мышцы наконец-то расслабились.

Однако, уплывая в глубокий сон, я не обратила внимания на скрип калитки, вой соседской собаки и глаза, что светились безумием перед окном моей спальни, пока я спала.

Глава 20

Чарльстонский институт изучения парапсихологии располагался на тупиковой улице в историческом районе. Когда-то это был обветшалый квартал дешёвых домов времён постройки до гражданской войны, но волна перепланировки вернула величественным «мадам» подобие былого блеска.