Замечтавшись, Мычка пропустил момент, как оказался не один, а когда повернул голову, наткнулся на вопрошающий взгляд спутницы.

– Надеюсь, прежде чем попусту таращиться на улицу, ты успел заказать завтрак?

Мычка кивнул, произнес отвлеченно:

– Сколько живу, не перестаю удивляться, насколько мир прекрасен.

Зимородок заглянула в глаза спутнику, перевела взгляд в проем, вновь вернула, спросила с подозрением:

– Никак, девку красивую увидел?

Мычка вздохнул, сказал с чувством:

– Небо, облака, роща... Вроде бы одни и те же, но всякий раз видятся по-разному. Если смотреть из леса - одно, стоя посреди поля - совсем другое, а отсюда, из темного зева корчмы - то и вовсе иначе.

Зимородок некоторое время сверлила Мычку недовольным взглядом, затем улыбнулась, сказала понимающе:

– Это у тебя с голодухи. Я, когда в животе урчит, тоже начинаю цветочками любоваться, чтобы отвлечься. Ничего, сейчас принесут завтрак, поешь, и все наладится.

Зашуршали шаги. На столешнице возникли миски - то же, что и вчера: мясо, похлебка, горстка овощей и ноздреватый ломоть. Мычка пододвинул миску, принялся с аппетитом есть, Зимородок же долго принюхивалась, тыкала мясо пальцем, наконец, откусила кусочек, проворчала с недовольным видом:

– Так и думала, что черствое подсунет. Мог бы и подогреть.

Мычка пожал плечами, сказал с подъемом:

– А по мне, так неплохо, твердовато в меру, а то, что холодное... так и не хочется горячего с утра. Особенно понравилось это, только не могу понять, из чего сделано.
– Он подбросил на ладони ноздреватый кусочек.

Зимородок покосилась на спутника, наморщила лоб, словно что-то вспоминая, сказала с запинкой:

– Кажется, это называется хлеб, а готовят из травы.

Мычка забросил кусочек в рот, сказал, будто пробуя на вкус:

– Хлеб... Какое необычное слово!
– Спросил пытливо: - Скажи, откуда ты все знаешь?

Ковыряясь в мясе, Зимородок буркнула:

– Что все?

– Ну, о деньгах, о хлебе? И ведь наверняка это далеко не все.

Зимородок с отвращением отодвинула мясо, отщипнув кусочек хлеба, сказала задумчиво:

– Я не всегда жила в лесу. Давным-давно меня привезли в деревню рыбарей.

– Филин?
– выпалил Мычка осененный догадкой.

Зимородок кивнула.

– Да, только тогда его звали иначе, и он был гораздо моложе.

Пытливо заглянув девушке в глаза, Мычка поинтересовался:

– А где ты... вы жили до того?

Зимородок помрачнела, глаза заволокло пеленой, а взгляд ушел вглубь, будто девушка созерцала не почерневшую стену напротив, а нечто давно минувшее, невидимое для окружающих. Она произнесла чуть слышно:

– Это было очень давно, и я почти ничего не помню. Высокие здания, просторные улицы, смех и разговоры. Лица размыты, а образы тусклы. Потом крики, шум, долгое путешествие через лес, и, наконец, деревня.

Не желая обидеть подругу неловким словом, Мычка спросил мягко:

– Ты сказала, Филин привез тебя. Почему вы живете порознь?

Зимородок вздохнула.

– Сперва жили вместе. Та изба, где ты меня нашел - его рук дело. Однако, местные дядю жаловали не особо, а он отвечал взаимностью.
– Она помолчала, добавила с горькой улыбкой: - Тебе это должно быть понятно лучше, чем кому-либо. Ведь и с теми и с другим ты имел дело.

Мычка передернул плечами, представив, что пришлось бы жить в поселении рыбарей, сказал поспешно:

– Я понял. Он ушел. Но почему не забрал тебя?

Зимородок пожала плечами.

– А зачем? Ушел он недалеко, да и не на совсем. Заходил, проведывал. Сперва часто, потом, правда, все реже. К тому же ко мне деревенские относились гораздо спокойней, не обижали, даже помогали по мелочи.

Мычка произнес с пониманием:

– Наверное, тяжело жить среди чужих.

– Не сладко.
– Девушка кивнула.

– Тогда почему ты не согласилась идти со мной?

Зимородок поджала губы, сказала едко:

– Ты ввалился посреди ночи, напугал, начал плести небылицы.

Мычка вздернул бровь, спросил недоверчиво:

– И это все причины?

Зимородок сдвинула брови, сказала недовольно:

– Не все. Но, я привыкла жить, как живу, сроднилась с местными, хоть и ограниченными, но в чем-то милыми людьми. И бросать все, бежать сломя голову неизвестно куда, с незнакомым парнем, пусть даже посланным дядей... Такой поворот событий, уж извини, тогда не показался мне привлекательным.

– А сейчас?
– Мычка улыбнулся.
– Сейчас кажется?