— Я должна посетить свои владения. Это займет два дня. Можете пока отдохнуть и подготовиться к новому переходу. До встречи… — Она накинула капюшон и исчезла с такой скоростью, что Найл так и не успел ничего ответить.

Посланник Богини неспешно вернулся в столовую, вышел в тамбур.

— Назия, ты слышишь меня?

— Да, мой господин.

— Подготовьте припас на два дня и сбросьте его вниз.

— Слушаюсь, мой господин.

Вскоре неподалеку от окна на песок опустился уже знакомый кожаный мешок. Найл сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, выскользнул в тамбур-яму, быстрым шагом дошел до мешка, подхватил его и так же быстро вернулся назад — даже нехватку воздуха испытать не успел.

Водолазы от еды опять отказались — как успел уловить правитель в их сознании, в походе они считали необходимым питаться только сырой рыбой, добытой на месте. По их поверьям, это позволяло обходиться без воды сколько угодно времени.

Настаивать Найл не стал. Они поели с Нефтис вдвоем за огромным столом, из тонких фарфоровых тарелок, после чего охранница пошла в одну из жилых комнат разгребать сгнившее белье с кроватей — не в воде же на полу спать? А Посланник Богини опять отправился осматривать подводный дом предков, но теперь более тщательно.

Самое смешное — после ухода принцессы Мерлью он почти сразу нашел вино. Несколько десятков бутылок стояло в тех самых шкафчиках, что шли по полу вдоль натужней стены. Разумеется, никаких этикеток на них не имелось, но внутри колыхалась темная жидкость. Что еще могли предки хранить в бутылках, кроме вина? Обнаружилось несколько ящиков с посудой, красивой и совершенно новой — но не тащить же ее через все море туда и обратно?

Затем Найл еще раз заглянул в комнату мертвых хозяев, окинул ее беглым взглядом. Увы, похоже, вся мебель, и все предметы внутри были сделаны не из пластика, а потому в морской воде полностью сгнили. Просто в разных углах лежали большие мокрые бесформенные кучи. Правитель перешел в помещение, которое принял за кабинет, стряхнул с синего пластмассового стула остатки воды, потом осторожно сел в него, откинулся на спинку, положил руки на подлокотники, пытаясь представить, как чувствовал здесь себя далекий предок.

Иллюминатор оказался точно перед глазами — он увидел высоко над собой, в полусотне метров, кровавое колышущееся марево. Видимо, на море опускался закат. В свете окон хорошо различались темные днища кораблей, окованные позеленевшей медью тараны, захлестываемые волнами, покачивающиеся на поверхности кормовые весла.

Да, когда-то точно так же улыбался и хозяин дома, наблюдая, как высоко над головой проносятся моторные катера или степенно двигаются глубоко просевшие сухогрузы. И стоящие у штурвалов люди наверняка не догадывались, что под ногами у них находится не холодная бездна, а нормальное человеческое жилье, в котором сухо и тепло.

Найл перевел взгляд на стену, обнаружил под монитором выключатель и, не удержавшись, нажал. Клавиша легко поддалась нажиму и провалилась в глубину панели.

Ну да, разумеется. Тысяча лет пребывания в морской воде. Все цело и красиво только внешне. А на деле — даже воздух постепенно просочился наружу через совершенно герметичные стены, уступив свое место все разъедающей влаге.

Правитель потянул на себя нижний ящик стола, поворошил пальцами влажную труху, надеясь наткнуться на что-нибудь интересное. Пусто. Закрыл, потянул средний. Здесь валялось несколько странных безделушек: небольшой шарик, похожий на гранитный, но упругий на ощупь, пластиковая коробка с прозрачной крышкой, сквозь которую виднелось грязное месиво, Яркая обложка книги, сплюснувшая гнить, в которую обратилась бумага, несколько разноцветных стерженьков непонятного назначения.

Наверное, когда-то все это представляло для хозяина какую-то ценность, связывалось с некими воспоминаниями. Но увы, пришел чужак, и не смог углядеть ничего интересного.

Найл закрыл средний ящик и потянул на себя верхний. Тот поддался не сразу, но стоило дернуть посильнее — все равно проявил покорность.

— Ого, оказывается, здесь в пластик был врезан замок, — вслух удивился Посланник Богини. — Хорошо, язычок проржавел насквозь. Интересно, что хранили предки с таким тщанием?

В ящике лежала книга. Правитель взял ее в руки, пролистал. Все страницы, заполненные рукописным текстом, были на месте, буквы смотрелись четко и ясно.

— Да это же судовой журнал!

«Ну конечно же, — вспомнил Найл. — Их делали из устойчивой к воде бумаги или белого пластика, и заполняли карандашом, или влагостойким чернилами. На случай аварии. Подводные дома так же считались разновидностью морских судов, и в них тоже велись судовые журналы».

Он повернулся к ближней световой панели и открыл первую страницу. Магиня была права, ему снова повезло. Неизвестный человек заполнял книгу на том самом языке, что вдолбила в память Найла Белая Башня.

22.07.47 Согласно подписанному мной акту о приемке строения № 1378, сегодня, в 17 часов 10 минут, дом для длительного глубинного пребывания проекта 14/77 «Тритон» признан годным к эксплуатации. Отныне он принадлежит мне, Джорджу Уинстону Малону, и моей жене Кэролайн Марии.

Йо-хо-хо! Свершилось! Мы стали хозяевами настоящего дома и пятидесяти гектар вольных угодий! Пусть здесь не всегда хорошо с транспортом, зато сюда никогда и ни за что не забредут никакие бродяги, надоедливые туристы и не проберутся никакие грабители! Наконец-то нас с Кэролайн никто не потревожит. Мы остались одни, и только одни! Йо-хо-хо! Bay!