Зашевелился шериф, открыл глаза, закрутился в недоумении, потом поднес к лицу ладони, с отвращением понюхал:

— Какая гадость! Такое ощущение, что я весь провонял геранью!

— Так она самая и есть, северянин, — Найл перевернулся и встал. — Все, что тут есть, выросло из домашних растений и насекомых, ничему другому взяться неоткуда.

— И умыться негде!

— Шериф, — повысил голос правитель. — Хочу обратить твое внимание, что здесь не ваш северный ельничек, а небольшая местная Дельта со всеми ее законами. Здесь нельзя доверять ничему, здесь любой интересный или красивый предмет может оказаться уловкой для подманивания жертвы, любое растение хищником, а удобная тропка — раскрытой пастью хищника. Единственное, чего тут наверняка быть не может — так это земляных фунгусов. Но и в этом я до конца не уверен. Ясно?

— В общем, да.

— Поэтому, первое, что нам придется сделать, так это очень внимательно осмотреть эту комнату на предмет возможных ловушек и тайников, и только после этого поставить здесь лагерь и начинать исследовать этаж.

— Да тут собственно и осматривать нечего, — Поруз поднялся, прошел вдоль окон, вдоль стен, пренебрежительно хлопнул рукой по дверному косяку.

Внезапно под его рукой резная доска косяка сложилась пополам и вцепилась в плечо. Шериф закричал от боли и неожиданности, зажимая кровоточащую рану, а косяк, торопливо сгибаясь и разгибаясь, скрылся в полутемном коридоре.

— Теперь понятно, о чем я говорю? — невозмутимо поинтересовался Найл. — Это Дельта. Трасик, заклей ему рану паутиной.

— Что это было? — поинтересовался северянин, переведя дух. — Палочник, — ответил правитель. — Думаю, нам необходимо затянуть паутиной выходящие наружу двери, лазы и просто щели и остаток дня посвятить тщательному прощупыванию каждого участка этой комнаты. Только тогда мы сможем, возвращаясь сюда, чувствовать себя в некоторой безопасности. И эта лиана на полу… Не уверен, что выждав момент, она не свернется в жгут, чтобы нас задушить. Если она выжила здесь до сего часа, значит имеет способы защиты от пожирателей листьев.

В итоге братья по плоти лиану, в которой Найл заподозрил бывший декоративный плющ, изрубили в куски и сложили у самого окна, а пол застелили слоем губки — не ради мягкости, а чтобы просохла. Перекусили остатками добытого накануне губчатого монстра и улеглись, предварительно выставив охрану.

Предосторожность оказалась отнюдь не излишней — дважды в затягивающую дверь паутину пытался пробиться кто-то весьма массивный, вскоре после полуночи еще кто-то понадеялся выскочить из вентиляционной шахты. Смертоносцы каждый раз отвечали парализующими импульсами, и атаки прекращались.

Утренние лучи, осветившие комнату, позволили разглядеть двух судорожно дергающихся на паутине вентиляции зеленых ящериц в руку длиной, с тонкими перепончатыми лапами. Пауки с удовольствием освободили их из плена, тут же переправив к себе в желудки. Когда же братья опустили преграду с дверей — то обнаружили снаружи только дочиста обглоданный хитиновый панцирь.

Солнце пробивало этаж практически насквозь, почти не оставляя затененных мест, и после многодневных скитаний в недрах темной губки это всех радовало в первую очередь.

— Юлук, Навул первыми, Калла, Аполия прикрывают, — скомандовал шериф. — За ними пауки.

Жуков-бомбардиров северянин назначил прикрывать своими бронированными спинами тылы, а Клуна и Ниору с парой смертоносцев — оставил охранять лагерь.

Дверь, со стороны которой пытались ночью пробиться к стоянке братьев, выходила в короткий, поросший красным мхом коридор четырех шагов в ширину и шести-семи в длину, упиравшийся в распахнутую дверь санузла: зеленый кафель стен, фаянс унитаза, край ванны ясно выдавали его истинное маленькой комнаты. Еще на стене прямо напротив висело большое зеркало, в котором Найл смог увидеть себя во всей красе: половина лица белая, другая покрыта изломанной черной коркой, сквозь которую поблескивает чудом уцелевший глаз. Еще одна дверь выводила направо.

— Если водопровод и канализация здесь, значит одна из опорных колонн тоже рядом, — напомнил правитель.

Четверо братьев и три паука бесшумно выбрались через дверь наружу, а Найл заглянул в санузел, изумленно хмыкнул: ванна стояла полная кристально чистой, прозрачной водой.

— Нефтис, — оглянулся он, — набери фляги. Шериф, вам этот климат знаком лучше: дождя в ближайшие дни не ожидается?

— Вроде нет, а что?

— Я тут подумал, какая сила воду в эту емкость налила, — Найл кивком указал на санузел.

— Так дождь тек по всему дому прямо по стенам!

— Вот только как со стен он попал в одиноко стоящую ванну? Нет, шериф, все было иначе: дождь хлестал по дому и спокойно стекал через специальные ливневые трубы. Но вот здесь, где губка перекрыла все ходы, она упирался в преграду и начинала подниматься, подниматься, подниматься… Губка пропитывалась насквозь, и уже с нее вода начинала течь по всем стенам и щелям. Потом дождь заканчивался, вся собравшаяся жидкость профильтровывался вниз, оставаясь только в выемках, которые заливала…