Что-то затрепетало в животе Уайата.

— Ты всегда именно так приходишь домой из офиса? — спросила она.

— Нет. Я подозреваю, что это как-то связано с нахождением тебя голой в моей постели.

— Я запомню это, — пробормотала она, когда потерлась щекой об него.

Он прижал ее ближе, в попытке обосновать его своенравные эмоции и успокоить волка. Ее пальцы гладили его грудь, как если бы она ласкала кошку. Ощущение ее сердцебиения и тепла ее кожи прошли долгий путь, чтобы успокоить его.

— Один из тех мужчин назвал тебя Хота. Почему? — ее голос вышел немного больше, чем шепот.

Из всего, что она могла спросить, он не ожидал именно этого. Он был удивлен, что она заметила со всем происходящим.

— Хота - мое имя в племени Сиу.

— Что оно означает?

Он улыбнулся. Всегда ученый.

— Серый.

— Серый?

Он кивнул.

— Я понимаю, что это стереотипы, но думала, что большинство имен коренных американцев происходят от животных или поступков, или какого-то физического идентификатора. Твоя кожа была серой, когда ты родился или что-то в этом роде?

Он усмехнулся.

— Нет. У моего деда было видение вскоре после того, как моя мать сказала, что беременна мной. В своем видении он видел меня идущим с серым волком. Он сказал, что этот волк будет значимым для моей жизни и приведет меня в новом направлении.

Она застыла в его объятиях.

— Волк?

— Да.

— Разве волки не считаются неким предостережением зла? — ее голос дрогнул.

— Совсем нет. Во многих культурах волк считается мудрым животным. Тот, кто связан со своей интуицией. Считается, что это мощный духовный проводник.

— Ох. Я этого не знала.

Он должен был спросить.

— Ты ученый. Изучаешь их в дикой природе. Наверняка, ты не боишься волков.

Она фыркнула.

— Боже, нет. Но многие люди боятся. И так как я не знаю много о Сиу, я не уверена, было ли это видение хорошей вещью или плохой. Опять же, я предположила, что это было хорошей вещью, если ты был назван в честь чего-то в ведении, правильно? — она говорила с такой быстрой последовательностью, что ее слова сливались вместе.

— Да. Правильно, — он нахмурился. Что на нее нашло?

Она села.

— Я не думаю, что у тебя есть что-нибудь, что мы можем съесть, не так ли? Я голодна.

— Я уверен, мы сможем что-нибудь найти, — его брови нахмурились, когда он скатился с кровати.

В ванной комнате, он избавился от презерватива, затем схватил штаны и натянул их. Когда вернулся в спальню, он нашел Изабель, сидящей посреди кровати в его футболке и выглядящей немного потерянной.

— С тобой все в порядке?

— Да, — она потянула край рубашки и поморщилась. — Это был немного сумасшедший день.

— Точно, — он подошел к кровати и потянул ее к краю. — Но ты выжила и теперь в безопасности, так что не позволяй этому добраться до тебя.

Легким касанием он провел пальцем над красной отметиной на ее щеке.

— Мне не нужно смотреть на это. Каждый раз, когда я это делаю, то хочу вырвать селезенку Боба, — он сжал руку в кулак. — У меня и так будут трудности с объяснением, почему у него не хватает двух зубов, и он не видит одним глазом.

Она потянулась к его руке.

— У меня не было возможности поблагодарить тебя за то, что спас меня. Снова.

В мгновение его гнев погас.

— Пожалуйста.

— Они сядут в тюрьму?

— О, да, — он пожал плечами. — Ну, после того, как сделают пит-стоп в больнице, чтобы подлатать Боба.

— Хорошо. Так что будет безопасно для меня вернуться в трейлер сегодня вечером?

Он почти сказал ей «нет», но потом вспомнил, что это была первая ночь полнолуния. Трудно было бы объяснить, почему отсутствовал всю ночь. С неохотой он сказал ей:

— Да. Тебе не придется беспокоиться о том, что Боб или Далтон снова тебя побеспокоят.

— Хорошо. Хотя я ценю возможность использования твоей ванны, но не хочу навязываться тебе. Я уверена, что создала тебе достаточно дополнительной работы.

Он поднял ее подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Ты не дополнительная работа, Иззи. Ты можешь остаться здесь, если это заставит тебя чувствовать себя в безопасности, но я не смогу остаться с тобой. Я должен встретиться с Дрю и некоторыми друзьями, и это может занять большую часть ночи. Я знаю, что звучит ужасно, бросить тебя после такого травмирующего дня, но это не то, что я могу пропустить.