Дверь открылась.

– Сейчас кому-то влетит, - Пол уставился на входящего. Дело в том, что математик не терпит опозданий.

Входит высокий темноволосый парень, лицо которого мне до ужаса знакомо. Я хмурюсь, облокотившись на стол и пытаясь вспомнить его.

– Кая, это же «толстяк» Дилан? – Кейт обращается ко мне.

Точно. В нашем классе был мальчик, который уехал с отцом в другой город пару лет назад. «Толстяк» - потому что он был довольно крупным, и все посмеивались над ним. Я была не исключение. Тоже хихикала, рассказывая о том, что происходит у него дома. Дело в том, что они - мои соседи. Живут со старушкой Фионой на этаж выше.

К слову о моем доме: это старая белая пятиэтажка на окраине города, на берегу моря. Это специально отведенное место жительства для тех, у кого в семье есть моряки. Да, мой отец моряк, и я вижу его раза два в год. Поначалу было трудно, но потом свыклась, что его нет рядом. Хотя, бывает тяжеловато.

Так вот. Дилан? Точно он. Правда, сильно изменился. Не скажу, что мне стыдно за то, что я смеялась над ним вместе со всеми. Мы все проходим через это, пытаясь самореализоваться в обществе, унижая слабых.

– О, смотрите, кто явился, - учитель снял очки, осматривая вошедшего снизу в верх. – Что ж, присаживайтесь, - указывает в сторону парт.

Я вижу, как все внимательно наблюдают за парнем, который, кажется, плохо спит, ибо под глазами видны круги, а само лицо довольно бледное.

Хотя, сколько его помню, он всегда таким был. За эту «странность и непохожесть» его и не воспринимали. Он всегда был молчаливым и замкнутым. Интересно, за эти годы, он изменился?

– Вот это поворот, - Мария прикусила губу. – А он стал ни чё так, - стучит каблуком, выпрямляясь. – Как думаешь, он помнит, что это я его дневник сожгла в третьем классе?

Я хихикаю, качая головой. Что ж, по крайней мере, у Марии появилось, чем себя занять, и она оставит Мета в покое.

Учитель начал отмечать присутствующих. А я тем временем начала размышлять о Дилане. Его появление заставляет меня вспоминать то, сколько неприятного мы сделали для него. Отлично. Вот, спустя столько лет, я, наконец, чувствую стыд.

Урок заканчивался, чего, кажется, ждали абсолютно все. Я поднялась, спокойно собирая вещи, в то время как Мария тронулась с места, подходя к парте Дилана.

– Сейчас что-то будет, - сложила руки Кейт. Джексон и Пол остановились у парты Мета. Мы все прислушались.

– Привет, Дилан, давно не виделись, - Мария широко улыбнулась, отчего её глаза засияли. Я подняла бровь, когда Дилан взглянул на неё:

– Ты кто? – его охрипший голос говорит о том, что он явно грешит с курением. Видно, как Мария сбита с толку. Она приоткрыла рот:

– Я Мария. Мы учились все это время вместе. Ну, ты должен помнить меня, - стеснительно потерла плечи руками. Дилан наклонил голову на бок, щурясь, словно задумался. Затем приоткрыл губы:

– А, - кивнул, сжав зубы, - точно. Припоминаю.

– Правда? Здорово, - довольная улыбка озарила лицо Марии.

– Ты ж это, - он дернул рукой, смотря на девушку, - это ты говорила своему парню о том, что я, якобы, подглядываю. – Покачал головой, - да, такие шишки я не забуду, - поднялся, закинув рюкзак через плечо, и наигранно, как-то по-детски, улыбнулся. – Передавай ему привет, - и обошел, направляясь к двери.

Мы еле сдерживали смех. Мария сложила руки, оборачиваясь:

– Лучше бы он вспомнил о дневнике.

Мы засмеялись, отчего девушка залилась краской, но гордо подняла нос:

– Рано вы так, - берет свою сумку. – Я ещё в деле, - щурит глаза, подобно хищному животному, и покидает класс, виляя задом.

– Что ж, по крайней мере, что-то в нем изменилось, - Кейт выдохнула. – Хотя, я думала, что он больше не вернется сюда. Все-таки, его здесь явно недолюбливали.

Мы вышли в коридор, направляясь в другой кабинет. Я шла рядом с Метом, вдыхая аромат его одеколона, но замедлила шаг: парни из нашего класса хотели заговорить с Диланом. Не думаю, что у них плохие намерения, мы уже не маленькие. Но Дилан вряд ли сможет с кем-то заговорить здесь без отвращения.

Но, тогда зачем он вернулся?

========== Глава 2. ==========

Я легла спать довольно поздно благодаря тригонометрическим уравнениям, поэтому вскочить в три ночи, когда в мире царит тьма, мне не особо хотелось. Я присела на кровати, включив настольную лампу, и потерла глаза. Осмотрелась. Клянусь, что слышала какой-то гул. Поднялась, выходя из комнаты. Мать хорошо и крепко спит, чему я не могу не завидовать. Я прошла мимо её комнаты в коридор и прислушалась: тишина. Выпрямилась, поправляя майку, и отвернулась, чтобы уйти, но резкий грохот заставил меня застыть на месте. Я обернулась, смотря на дверь, в глазок которого проникал тусклый свет. Жутковато.